Февраль 15th, 2006 | 12:00 дп

И мрамор, и бронза

  • Анастасия ЕВГЕНЬЕВА
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

Скульптор Фахраддин Рзаев: «Если бы каждый ваятель оставлял после себя высокохудожественную скульптуру, Россия была бы заставлена шедеврами»

– Фахраддин Рзаханович, расскажите немного о себе…


– Я родился 18 февраля 1949 года в селе Пирчивань Зангеланского района Азербайджана в семье служащего. Детство прошло, как и у большинства других: родительский дом, школа, после школы – армия…


– Ваша тяга к скульптуре творчеству проявилась еще с детства?


– Нет, много позже – после того, как я отслужил два года в рядах тогда еще Советской Армии. Придя из армии, я решил, что буду поступать в Бакинское художественное училище. В 1973 году я поступил в училище имени Азимзаде и в 1977 окончил его, получив при этом специальность скульптора.


– На этом ваше обучение закончилось или вы решили совершенствовать свои знания дальше?


– Спустя три года работы по полученной специальности я решил не останавливаться на достигнутом. В 1980 году я поступил в Московский государственный художественный институт имени Сурикова на факультет скульптуры в класс замечательного профессора и в будущем моего наставника Бондаренко. По его окончании, в 1986 году, я получил квалификацию художника-скульптора. С 1994 года я являюсь членом Московского союза художников.


– Многие выпускники вашего вуза, проучившись на том же факультете скульптуры, не реализуют себя в дальнейшем. Казалось бы, скульпторы – достаточно редкая профессия для того, чтобы быть востребованной если не в мире, то хотя бы в своей стране. Как вы думаете, почему так происходит?


– Я думаю, что во многом виновата экзаменационная комиссия, которая не может отличить истинный талант молодого начинающего скульптора от банального увлечения – хобби, так сказать. И еще: скульптору для его профессионального становления нужно как можно больше практики, а к этому не прилагается особых усилий, и все пускается на самотек. Лично я начиная со студенческих лет был активным участником всесоюзных и международных творческих выставок, конкурсов и симпозиумов. Я считаю, что это очень помогло в последующей самореализации меня, как востребованного скульптора.


– Ваши произведения были приобретены тогда еще Министерством культуры РСФСР…


– Да, в их число входят такие мои работы, как памятник «Солдату-освободителю», «Павшим воинам», «Неизвестному солдату». Они воздвигнуты в Ульяновской, Курской областях, а также в Москве.


– Но вы востребованы не только в России, но и в странах зарубежья!


– Действительно, мои скульптурные композиции приобретены частными коллекционерами в России, Германии, Дании, Португалии и в других странах.


– Как известно, каждый скульптор отдает предпочтение любимому материалу. Что для осуществления своих скульптурных замыслов предпочитаете вы?


– Безусловно – мрамор. Этот камень требует большой трудоемкости и работоспособности, но результат полностью оправдывает все усилия. Тем не менее в Москве, в Парке искусств на Крымской набережной, в постоянной экспозиции установлены мои скульптуры из мрамора, дерева и бронзы.


– Какие из ваших последних работ были самыми, на ваш взгляд, удачными?


– Не так давно мною было изготовлено надгробие в виде скульптурной композиции из бронзы Владиславу Листьеву. Желающие могут увидеть его на Ваганьковском кладбище.


– Ваше творчество включает в себя только практику или вы также занимаетесь и преподавательской деятельностью?


– Я не могу сказать, что я – преподаватель. Скорее, наставник для еще не нашедших свой творческий путь скульпторов. В свое время я вел курс лекций в Академии живописи, ваяния и зодчества в качестве старшего преподавателя.


– Как вы считаете, много ли сейчас студентов, которые способны реализоваться в мире скульптуры и оставить свои ваяния в наследство будущим поколениям?


– Нет, думаю, таких людей не так много. Если бы каждый ваятель оставлял после себя высокохудожественную скульптуру, Россия была бы заставлена шедеврами. Сейчас я являюсь художественным творческим руководителем скульптурной группы в государственном учреждении культуры «Московское объединение по музейной и выставочной работе «Музеон» и вполне этим доволен. Ежегодно я даю мастер-классы молодым талантливым скульпторам.


– Влияют ли на вашу деятельность этнические корни?


– Да, безусловно. Если внимательней присмотреться к моим произведениям, в каждом вы найдете частичку моей этнической принадлежности. Несмотря на то что я живу в Москве, я, конечно, очень обеспокоен судьбой своего народа.


– Вы бываете в Азербайджане. Что же вас побуждает ездить туда – работа или все-таки национальная принадлежность и любовь к родине?


– Я там бываю как по работе, так и потому, что в Азербайджане у меня остались родители.