Июнь 15th, 2006 | 12:00 дп

Бутерброд из детства

  • Гюльнара АЛАИ
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

– Я тебя умоляю, съешь мой тоже.
– Ладно, давай.
– Как ты их так быстро съедаешь?
Прижав палец ко рту, брат поманил меня на балкон:
– Я их выбрасываю!

Вглядываясь в темноту с пятого этажа, я замерла от его кощунства. Сама бы я ни за что не решилась на такое. И хотя ничего омерзительней, чем бутерброды с черной икрой, я представить себе не могла, но выбрасывать то, что мама велела съесть…


Нам везло, если ужинать приходилось попозже. Затемно. Летом, правда, темноты пришлось бы ждать достаточно долго, но кто же ел черную икру летом? В месяцы, в названии которых нет буквы «р», ни один уважающий себя приморский родитель не дал бы детям не то что икры, но и осетрины.


В темноте можно было сохранить анонимность бутербродных полетов. Надо было только проверить отсутствие соседей на балконе четвертого этажа. А там иди докажи, что это мы. Балкон был стартовой площадкой и бутербродам с докторской колбасой – название само запускало механизмы нашего воображения в отношении ее содержимого. Но даже ненавистная докторская не могла сравниться с черной икрой. С тихим злорадством прислушивались мы к звукам ее падения. Трудно было только потом смотреть в глаза маме.


Про бутерброды мы рассказали маме, когда черная икра стала дефицитом и в нашем приморском городе Баку, который во всем мире считается икорной столицей, с тех пор как в начале двадцатого века отсюда началась ее поставка в лучшие рестораны Европы. На протяжении пресловутого «застоя» от ненавистной икры мы были освобождены. Как, впрочем, и от осетрины. Под шутку о том, что хлеб обязательно должен быть белым, а икра так и быть, пусть будет черной, она незаметно пропала.


Дольше всего не исчезала с прилавков дорогущая белуга горячего копчения, но потом и она, видно, устала быть единственным напоминанием о былых излишествах и ее место успешно заняла килька сушеная в картонных коробках. Ну вы помните. Скучающие продавцы творили из этих коробочек чудеса зодчества на полках и в пустых витринах. Верхом гастрономических изысков по праздникам стали шпроты и печень трески.


Икра вернулась в конце восьмидесятых. Она вернулась, потеряв одних хозяев и не приобретя новых. В это недолгое безвременье мир забыл нас вместе с нашей икрой. Ее возвращение было триумфальным. Килограмм стоил около десяти долларов.


Теперь я икру любила. Она стала моим воспоминанием и, как всякое воспоминание, стала дорога и трогательна. Я научилась с ней обращаться. Путем проб вывела свою формулу для отбора лучшей. Если, покупая рыбу, я нежную севрюгу предпочитала блистательной осетрине, а белугу брала только если не находила ни ту, ни другую, то с икрой все было с точностью до наоборот. Толстые, серые с янтарной искрой, прозрачные икринки белужьей начинали таять уже на языке в отличие от мелких, упругих, черных осетровых. Севрюжья же икра проходила по категории «ни уму, ни сердцу». Все три в любом случае должны быть очень слабо посолены. Крутой засол предполагает несвежесть.


Порой весомость паюсной я предпочитала легкости зернистой. Но и под ту, и под другую требовался горячий белый хлеб, испеченный в каменной печи – тендире. Сливочное масло, чуть сбрызнутое лимонным соком, должно было на горячем хлебе подтаивать, приобретая особый вкус топленого. Мазать икру надо обязательно перламутровыми ложечками, которые можно заменить инкрустированными эмалью. Соприкосновение с металлом для нее губительно. Как и тепло. Икра должна быть холодной! Если вы собираетесь расправиться с ней в гордом одиночестве, не предполагающем долгих бесед, ее можно просто подать охлажденной. В ином случае придется подавать на льду.


Обычно к определенному возрасту самый правильный рецепт – икра плюс шампанское на льду – перестает устраивать вашу печень, а жить все равно хочется. К сожалению, горячий белый хлеб тоже к этому времени покидает ваш джентльменский набор. Не огорчаемся, а просто запоминаем новый рецептик.


На тонкий ржаной хлебец-сухарик кладем изрядную ложку белужьей (на севрюжью соглашаемся только в крайнем случае) икры, в которую предварительно роняем пару капель отличного оливкового масла и одну (!) каплю лимонного сока. Сверху эту вызывающую наготу роскоши скромно прикрываем листком мяты. В другую руку берем бокал с безалкогольным тоником. Все почти как в старые добрые времена!

Приятного аппетита!