Июль 15th, 2006 | 12:00 дп

На вес золота

  • Маис НАЗАРЛИ
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

У исламских каллиграфов по отношению к своему искусству возникали переживания почти интимные
Имея электронный органайзер и notebook, собственный код вместо подписи, е-mail вместо конверта с письмом, современная цивилизация, кажется, не оставляет места для письменного текста. Теряем ли мы что-то, нажимая на кнопки, вместо того чтобы выводить буквы, свидетельствуя о себе не только смыслом, но и видом написанного? Что-то, наверное, приобретаем, но, как и положено, что-то теряем. Возвращаться к клинописным табличкам явно не стоит, но очевидно, что и забывать о том, что наработано человечеством в этой сфере на протяжении веков, также не следует.

Особое отношение к красивому письму является почти «визитной карточкой» культуры мусульманских стран. Отношение это таково, что иногда даже возникало непонимание. Например, не так давно западный мир был удивлен тем, как группа мусульман отреагировала на использование арабской графики в коллекции одного из известных кутюрье. Другой интересный эпизод произошел на много столетий раньше. После одной из битв мусульман с крестоносцами шел обмен пленными, и крестоносцы были поражены тем, что мусульмане обменивали не военачальников, а ученого и каллиграфа. Исламская культура действительно по-особому относится к написанному слову. Шедевры исламской каллиграфии хорошо известны и любимы во всем мире, но причины ее расцвета мало кому известны, а нередко и искажены.


Внутри мусульманской культуры существовало достаточно серьезных причин, позволяющих ожидать расцвета каллиграфии. Можно выделить два основных аспекта, несомненно, связанных между собой, – прагматический и духовный. Специфика арабской графики (речь не о языках, которые различны, а именно о форме букв и способах их связи) заключается в том, что в ней разные буквы часто записываются одним основным значком и отличить их можно только по количеству и месту расположения точек. Эта и некоторые другие специфические сложности создают ситуацию, при которой неряшливое письмо становится непонятным.


Арабы создали огромную империю, которая требовала четкого управления. Естественно, что в Средние века основным средством коммуникации был рукописный текст – отчеты, документы, сообщения, приказы, обращения… Неудобочитаемая переписка между чиновниками могла разрушить столь важные для управления империей связи. Крайне необходимо было понятное письмо и в юриспруденции. Непонятое завещание или долговая расписка исключали нормальное судопроизводство. Поэтому тезис «письмо то, что читается» возник в этой культуре не случайно. Красивое и ясное написание всячески поощрялось, каллиграфы уважались, их работа высоко оплачивалась, этим искусством увлекались даже монархи. Однако это, как говорится, «лишь малая часть айсберга». Чтобы было понятно, что представляет собой духовно-эстетическая традиция осмысления каллиграфии в исламе, можно без всякого преувеличения сказать, что если собрать все материалы по этой тематике, то о каждой букве можно написать не одну книгу, а об одной только точке, наверное, – составить энциклопедию.


Мир, заключенный в точке


Начать необходимо с точки. Если в западной культуре все заканчивается точкой («расставить точки над «i»), то в мусульманской с точки все начинается. C божественного приказа «Будь!» возникает «единая субстанция» – точка-ген космоса, в которой заложено все. Cоздается мир – знак Создателя и символическая книга для человека – Космический Коран. На протяжении человеческой истории Космический Коран в концентрированном виде постоянно передается людям в виде божественных откровений различным пророкам (в частности, Моисею и Иисусу). Пророки доносят этот текст до людей, но люди перелагают этот текст по-своему, искажая его. Наконец Бог через архангела Джабраила (Гавриила) дает последнее откровение последнему пророку Мухаммаду и следит за тем, чтобы в этот раз текст был записан верно. Коран, данный людям в качестве текста, – микромодель Космического Корана, но это еще не все. Микромоделью текста всего Корана является его первая глава, весь ее смысл, в свою очередь, заключен в первой фразе («Во имя Аллаха милостивого, милосердного!»), весь смысл самой фразы заключен в первом слове «Басмала», а смысл первого слова – в первой букве (Б), которая имеет точку внизу. В этой-то точке и заключен весь мир, она и соответствует той «единой субстанции», с которой начинался Акт Первотворения. При этом с первой фразы первой главы, а следовательно, и с первоточки, начинаются все остальные главы священного текста мусульман – Корана. Точка – одна из существеннейших тем исламской философии и один из излюбленных образов классической мусульманской поэзии. С точек, которые могли быть разного размера, формы и даже темперамента, начиналось обучение каллиграфии, по точкам учились писать буквы, с точки, в которую втыкали циркуль, начинали чертежи архитектурных сооружений, схемы расположения светил и гороскопов, управляющих судьбами людей, и многое другое.


Мусульманские богословы и специалисты по юриспруденции обсуждали вопрос о том, как обращаться с надписями. Так, например, в 1351 году известный шафиитский юрист и литератор Такиаддин ас-Субки дал фетву – разъяснение по проблеме, имеющей принципиальное значение, в ответ на следующий вопрос: «Каково ваше мнение, если кто-нибудь ступит на ковер, на котором вытканы буквы, складывающиеся в значимые слова, такие как «благословение», «блаженство», «терпение»? Допустимо ли для человека коснуться стопой той части ковра, где расположены буквы?»


Ас-Субки обстоятельно разбирает эту ситуацию, склоняясь к тому, что такой поступок нельзя считать дозволенным.


Ведь письменность создана для того, чтобы доносить людям божественное откровение, высказывания пророков и для прочих благовидных дел, и поэтому человек не только не должен писать скверное, но и вообще с уважением и даже с почитанием относиться к буквам как таковым. Каждая буква арабского алфавита имеет глубочайшее символическое наполнение. Ей соответствуют определенный цвет, стихия, планета, знак зодиака, цифра, и поэтому любое слово или фраза имеют свой числовой, астральный, цветовой коды. Более того, форма буквы сакральна сама по себе. Философы считали, что если познать истинную, глубинную сущность букв, то можно управлять миром. Существовало даже мистическое движение хуруфитов (от слова «хуруф» – «буквы»), которые считали, что буквы, их числовые значения и точки – основа мира. Поэтому теологи склонялись к заключению, что наступать на надписи непозволительно. На молитвенных ковриках часто присутствуют надписи, но расположены они так, чтобы молящийся не наступал на них во время молитвы. Более того, некоторые мусульмане совершали омовение перед тем, как дотронуться до чистого листа бумаги, поскольку она предназначена для писания. Также считалось, что грешно наступать на чистый лист бумаги. Таково отношение не только к тексту уже написанному, но даже и к тому, который только может возникнуть. Здесь интересно отметить, что исходя из общеисламской установки богословы и специалисты по мусульманскому праву не считали серьезным проступком, если люди, не осведомленные о целях письма, поведут себя неверно (например, наступят на лист бумаги или на ковер с надписями), хотя в любом случае такое действие не может быть одобрено и таких людей необходимо просвещать.


С другой стороны, интересна и противоположная рекомендация. В трактатах по каллиграфии специально отмечалось, что нехорошо очистки от калама (пера), которым писались буквы, выбрасывать на дорогу, поскольку на них могут наступить ногой, что приведет к неприятным последствиям, ибо очистки эти участвовали в акте написания Буквы.


Почерк на вес золота


Имена знаменитых каллиграфов, изобретателей новых почерков, помнят по сей день. Перед работой каллиграф должен был совершать омовение, молитвы и произносить различные сакральные формулы. Работали квалифицированные специалисты лишь в определенное время суток, что было связано с освещением и влажностью воздуха. В сырое или слишком сухое время чернила – «слезы пера» – как-то не так, как надо, ложились на бумагу. Между теоретиками велись ожесточенные споры, например, о том, сколько капель купороса следует капать в чернила. Для каждого вида письма готовился специальный калам. У каждого мастера были свои секреты мастерства, с которыми он не спешил делиться даже с учениками, а иногда и с собственными детьми (профессиональные династии были очень распространены). Произведения знаменитых авторов в буквальном смысле слова могли цениться на вес золота. Записки, оставленные каллиграфами – часто теоретиками и поэтами, – показывают, что у них возникали почти интимные переживания по отношению к собственным написаниям, они буквально телесно воспринимали формы букв. Высказывания типа:


«Я грезил, что ты обнимаешь меня,


Как «лам» на письме обнимает «алиф» –


встречаются очень часто. «Лам» и «алиф» – названия букв, которые при записи в такой последовательности объединяются в один значок, очень похожий на букву «У».

Среди множества почерков можно назвать, например: «дрожь», «павлиний», «колосистый», «весна», «цветник», «солнцевидный», «кипарисоподобный», «локоны невесты»… В хорошем каллиграфическом письме важно все – подбор бумаги и чернил, их цвет и фактура, соотношение фона и текста, наклон и толщина букв, умение их искусно соединять, даже запахи. В чернила и краску, которой грунтовали бумагу, добавляли ароматические вещества, и листы приятно пахли. Богатые и даже не очень богатые мусульмане собирали не только книги, но и отдельные листы с образцами каллиграфии, которые складывали в специальные папки. На таком листе могло быть написано всего несколько строк сакральной формулы или любимого стиха. Мастера создавали удивительные композиции из фраз, напоминающие плывущий корабль, архитектурное сооружение, букет цветов, орнамент… Могли даже изобразить сам текст и написать, например, слово «всадник» так, что из букв этого слова или фразы создавался совершенно четкий всадник. На одном листе иногда представлено сразу несколько почерков, что также должно было продемонстрировать мастерство каллиграфа. Всеми подобными небольшими шедеврами подолгу любовались, разглядывая каждую букву или даже завиток, обнаруживая изысканную гармонию между смыслом и его пластическим выражением. Наличие гармонии в мире говорит о наличии его великого Творца. Поэтому создание, обнаружение и, главное, любование гармонией – способ познания и путь любви к Создателю, главная цель жизни человека.