Ноябрь 15th, 2006 | 12:00 дп

Мой Вургун

  • Ильхам БАДАЛБЕЙЛИ
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

Телеграмма была правительственной, и пришла она не на адрес издательства «Художественная литература», где я работал в то время младшим редактором. Из нее следовало, что меня (о ужас! младшего редактора!) имеют честь пригласить в Баку на торжества по случаю 70-летия народного поэта Азербайджана Самеда Вургуна.

Я догадывался, кому был обязан этим приглашением. Конечно же, одному из тогдашних секретарей СП Азербайджана Гусейну Аббасзаде, чей однотомник я незадолго до этого редактировал. Раздражению начальства не было предела. Заведующая редакцией заявила, что никуда я не поеду, а если все же воспользуюсь приглашением, буду за прогулы уволен с работы. «Ну и увольняйте» – с такими словами, хлопнув дверью кабинета заведующей, я уехал в Баку. Вернувшись через неделю, я отправился в издательство, чтобы забрать свою трудовую книжку, но, к немалому удивлению, встречен был приветливой улыбкой начальства, приватной и весьма приятной беседой в кабинете той самой заведующей, которая грозилась мне увольнением.


После обычных расспросов, как прошла поездка, что запомнилось, где были, куда ездили и так далее, заведующая вдруг внимательно посмотрела на меня и неожиданно произнесла: «Вы помните, что мы планируем издание 3-томного собрания сочинений Самеда Вургуна? Вот вы его и подготовите». Я обомлел. Собрание сочинений всегда считалось самым элитным изданием, и обычно готовили его научные или старшие редакторы с немалым опытом издательской работы. А тут я, проработавший в издательстве, что называется, без году неделя.


Сейчас я понимаю, что хотя я и был по должности младшим редактором, но начальство знало, что я далеко не новичок в литературе: автор ряда стихотворных книг, участник фестивалей и совещаний молодых писателей. Кроме того, был назначен контрольный редактор, был утвержден внешний редактор, к тому времени уже известный писатель и ученый Чингиз Гусейнов. А тогда я и впрямь не знал: радоваться мне или отказаться от, несомненно, лестной и почетной, но и столь же ответственной работы, в успешности которой не было никакой уверенности.


Не буду утомлять читателя подробностями действительно сложной задачи (текстологическая сверка, заказ новых переводов, корпение в библиотеках, копание в архивах, встречи, поездки и т.д.), благо 3-томник увидел свет и получил высокую оценку как специалистов, так и многочисленных читателей, почитателей таланта азербайджанского поэта.

Но о некоторых эпизодах, так или иначе связанных с именем поэта, которые, как мне кажется, будут интересны читателям, мне все же хотелось бы вспомнить и рассказать.