Январь 15th, 2007 | 12:00 дп

Знать или не знать

  • Маис НАЗАРЛИ
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars 5,00/5 (1)
Loading ... Loading ...

Между крестом и полумесяцем: пространство согласия или противостояния?
А начать хочется, как в старые времена, с Ф.Энгельса, вспомнив, что, оказавшись в Персии, он сразу же стал изучать местный язык и даже пытался читать «старика Хафиза» в оригинале, хотя и жаловался на трудности освоения арабской графики. Жены английских офицеров заложили основы этнографического изучения Индии. А как не вспомнить прекрасные этнографические описания Кавказа и Средней Азии офицеров Российской армии XVIII–XIX вв., актуальные и сегодня? Интересно, нынешние восточные кампании добавят что-нибудь новое к востоковедческим исследованиям?

Как устроен человеческий интерес к другому человеку? Почему, идя в гости к незнакомым людям, мы стараемся максимально узнать о них, а когда хотим, выражаясь максимально мягко, выяснить отношения, то создаем собственный образ, наилучшим образом соответствующий этим нашим потребностям? Может, истинное знание всегда менее агрессивно? Что первично? Незнание порождает агрессивность или агрессивность перекрывает стимулы к познанию? И если это связанные вещи, то можно ли вторым преодолевать первое? Тогда почему этим так мало занимается западный мир, столь обеспокоенный своими сложными отношениями с миром мусульманским?


На центральных каналах российского телевидения существует только одна программа «Мусульманин», идущая один раз в неделю 15 минут, да и посвящена она в основном не столько проблемам мусульманства, сколько жизни мусульман, что далеко не одно и то же. Иногда отдельные аспекты ислама обсуждаются на различных ток-шоу, но в большинстве случаев это тема многоженства, столь волнующая общественность и российских законодателей. При этом обычно в студию приглашают каких-нибудь представителей полигамной семьи, чтобы выяснить, как в ней живется, а не специалистов, способных объяснить все сложности этических и юридических норм, выработанных в мусульманских брачных отношениях. Ни один из коллег исламоведов (даже в компьютерном словаре такого слова нет, и он выделяет его как неизвестное) никогда не говорил, что читает лекции на каком-нибудь факультете журналистики. У нас есть понятие журналист-международник, и трудно представить, чтобы такой журналист не знал языка той страны, которой он занимается. Мы видим, как они прекрасно берут интервью на улицах иностранных городов, рассказывают о том, что пишут в местных газетах. А интересно, сколько журналистов, ведущих репортажи из Чечни, владеют чеченским языком, а из Туркменистана – туркменским? Наверняка перед серьезными акциями, связанными с мусульманскими регионами, правительства запрашивают аналитические записки у экономистов и политологов, но очень сомнительно, что у религиоведов и культурологов. Если бы запрашивали, то могли бы предполагать, например, насколько серьезным окажется суннитско-шиитская проблема в Ираке. Даже не хочется подсчитывать соотношение информации о мусульманских и западных странах в средней и высшей школах. Студенты хороших профильных гуманитарных факультетов иногда не знают предназначение минарета. Здесь можно остановиться подробнее.



– Ислам древнее христианства.


– Иран – арабская страна.


– Арабская миниатюра с изображением Адама и Евы – Мухаммад с женой.


– Мусульманин, встретив неверного, должен его убить.


– Мухаммад родился в Средней Азии.


Такими бывают ответы студентов гуманитарных факультетов на специализированном экзамене по культуре ислама, и список этот можно продолжать довольно долго. Знания подавляющего числа студентов о мусульманской культуре ограничиваются Омаром Хайямом (как поэтом, а не великим ученым), сказками «Тысячи и одной ночи» (которые на самом деле не являются вполне мусульманскими) и тем, что мусульмане ходят молиться в мечеть (названия даже самых знаменитых остаются «за кадром»).


Все перечисленное и относящееся к незнанию – только полбеды, поскольку к этому можно еще добавить ложное знание, мифы, стереотипы. Почти все уверены, что мусульманская женщина обязательно ходит с закрытым лицом. А при этом в новостях каждый день показывают Палестину, Ирак, Иран и другие мусульманские страны, где нет женщин с закрытыми лицами. Как сочетается подобное «знание» западного человека с реальностью? Почему вообще создается миф? Потому что так проще, надежнее, понятнее, наконец, в том смысле, что не требует углубленного изучения, духовного труда.


А между тем западный мир чувствителен к изыскам Востока, трогателен в своих попытках проникновения в духовные сущности. «Восточный диван» Иоганна Гете, «Путешествие в страну Востока» Германа Гессе, «Алиф» Хорхе Луиса Борхеса, «Алхимик» Пауло Коэльо – можно привести множество других примеров глубокого и интересного проникновения людей западной культуры в глубины культуры восточной.


Психологам хорошо известно, что человек оправдывает ожидания окружающих, а иными словами – часто ведет себя так, как от него ожидают. Надо ли говорить о том, чего сегодня ожидают от мусульман? Многовековой художественной культуры, веками вырабатываемых этических норм, способностей к тонкому научному размышлению? Не похоже.


Сегодня всех интересует другая актуальная тема. Из-за мусульман демократичные европейцы начинают отказываться от украшения офисов и даже улиц рождественскими символами. Не рождает ли эта сверхполиткорректность новые проблемы? «Ну что поделаешь? Будем считаться с вашими фобиями. Мы-то нормальные» – как будто говорят они. А ведь многие неграмотные в мусульманстве мусульмане так и решат, что им на Санта-Клауса посмотреть нельзя и что один вид новогодней елки действительно оскорбляет их религиозные чувства. И завтра никто не удивится тому, если мусульмане начнут эти елки громить.


Ход мысли вполне понятный. Действительно, есть хадисы (сообщения о действиях и высказываниях пророка Мухаммада), запрещающие почитать кресты. Для мусульман это – элемент идолопоклонничества. Мусульманин должен поклоняться Богу в сути его. Известно также, что прообраз рождественской елки – христианский крест. Однако запрет на почитание ни в коей мере не является запретом на смотрение. И тем более – не призыв к уничтожению. В мусульманских странах находили убежище многие представители различных христианских течений, не нашедшие себе места внутри христианского мира. В мусульманских странах огромное количество христианских храмов, стоящих рядом с мечетями. И никогда мусульман не коробил крест, расположенный и изображаемый на них. Думается, что не стоит продолжать рассуждать по поводу того, к чему может привести дальнейшее развитие этой темы. Если стыдливо прикрывать довольно опосредованную уже сегодня христианскую рождественскую символику, то что же делать со всей остальной?


И несколько слов о самом празднике Рождества. Иисус – один из трех наиболее почитаемых мусульманских пророков. Рождество Иисуса не является мусульманским праздником в отличие от Мавлида (дня рождения Мухаммада), но раньше мусульмане нередко с удовольствием его праздновали, да и сегодня многие, как известно, это делают.


Это не статья-ответ, а скорее – статья-вопрос. Уж слишком много в ней вопросительных знаков. И действительно сложных вопросов очень много, а ответ, как представляется, один, и, по сути, довольно прост. Надо узнавать другого внимательно, старательно изучая, пытаясь понять суть вещей. И абсолютно точно можно сказать, что такой интерес не только снимет очень многие проблемы и позволит избежать новых, но и, несомненно, доставит огромное удовольствие, поскольку раскроет многие тонкости сложной юридической науки, глубины философии, изысканные концепции художественной культуры, веками вырабатываемые на очень существенной части нашего небольшого вообще-то мира.



От редакции

«Статья-вопрос» – так определил жанр своего материала наш давний автор и ведущий темы «Исламская культура» Маис Назарли. Но этот материал – о культуре межрелигиозного диалога, а точнее – о насущной необходимости этой культуры и такого диалога. Проблема более чем актуальная в наше неспокойное время, когда мрачные пророчества о неизбежном конфликте цивилизаций, принципиальной непересекаемости традиций Востока и Запада, в том числе и традиций религиозных, стали общим местом. К сожалению. Мы предлагаем высказать свое мнение о статье М.Назарли, поделиться мыслями о поднятых в ней проблемах как специалистам-религиоведам, так и всем нашим читателям, кому поставленные в ней вопросы представляются важными и своевременными.