Март 15th, 2007 | 12:00 дп

Четвертая высота

  • Галия АЛИЕВА
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

Высота – это не только когда дух захватывает, грудь распирает и горизонты отодвигаются, это еще преодоление страха и достижение цели – не благодаря чьей-то помощи, а вопреки обстоятельствам
Многим памятны те страшные кадры, снятые азербайджанским тележурналистом Чингизом Мустафаевым пятнадцать лет назад, сразу после ходжалинской трагедии: спецназовец передает убитых детей в кабину вертолета, а чьи-то руки (лицо нельзя было снимать) бережно принимают их.
Сейчас уже можно назвать имя человека, которому передают убитых, – Наиль Бектемиров, бортмеханик-инструктор вертолетов Ми-8 Забратской авиакомпании.

Первая высота


Преодоление


Свой первый вылет на спортивном самолете Як-18 и прыжок с парашютом Наиль совершил в шестнадцать, будучи курсантом Бакинского аэроклуба. Высота в тот раз была так себе – 900 м. Но этого хватило, чтоб понять навсегда, что высота – это не только когда дух захватывает, грудь распирает и горизонты отодвигаются, это еще преодоление страха и достижение цели – не благодаря чьей-то помощи, а вопреки обстоятельствам.


Это целая философия, можно сказать, жизненное кредо Наиля Бектемирова.


Он родился в Баку в 54-м. После окончания в 1975-м Выборгского авиационно-технического училища стал работать в Забратской авиакомпании. Начинал с «кукурузника» (Ан-2) в авиации спецприменения (сельхозавиация), был награжден медалью «За трудовое отличие», затем переучился на бортмеханика Ми-8. Налетал 11 тысяч часов. За тридцать с лишним лет работы на одном предприятии имеет 22 благодарности, из них 15 – за выполнение поставленных задач в зоне боевых действий – в небе Карабаха налетал 1250 часов, совершив 1035 вылетов в труднодоступные горные районы для эвакуации раненых бойцов и мирного населения из осажденных городов и деревень…


Вторая высота


Спитак, Зангелан


2 декабря 1988 года. Наиль Бектемиров в составе дежурного экипажа вылетел в Акстафинский район. Из приграничных районов поступала тревожная информация – через заснеженные горные перевалы из Армении идут азербайджанские беженцы; их-то и надо было доставить в безопасное место.


Совершив несколько облетов территории, летчики увидели множество следов на снегу, но найти людей не удавалось: вероятно, не зная, кто в небе – свои или чужие, – беженцы прятались, заслышав рокот моторов.


Вернулись на аэродром, доложили обстановку. Руководство района приняло решение – сообщить нашим соотечественникам, что правительство Азербайджана знает об их беде и сделает все возможное для их спасения. Об этом и написали в записках, которые решено было сбросить с вертолета над азербайджанскими деревнями.


Восемь сел вокруг Спитака в те дни были похожи друг на друга, как сестры-близнецы: огромные толпы азербайджанцев посреди деревни и по всему периметру – армянские полицейские, вооруженные автоматами. Под их прицелами, зависнув на предельно низкой высоте в несколько метров, сбрасывали ценный груз – записки с информацией.


Выполнив поставленную задачу, вертолетчики вернулись в Акстафу, усталые добрались до гостиницы, поужинали, перед сном включили радио. «Маяк» передавал, что, по сообщению армянских СМИ, азербайджанский вертолет, нарушив воздушное пространство Армении, пролетел над азербайджанскими селами и сбросил боеприпасы. Вот и верь после этого журналистам, усмехнулись вертолетчики.


На следующий день прилетел еще один вертолет из Баку, началась массовая эвакуация людей в близлежащие азербайджанские районы.


– Подлетаем, садимся на поляну где-нибудь на окраине села, к нам бегут обезумевшие от горя и страха люди. Много людей, – вспоминает Наиль.


Люди набиваются в вертолет, как в трамвай в часы пик, и с таким перегрузом машина с трудом отрывается от земли, зависает на высоте в полметра, пока не успевают спрыгнуть те, кому не посчастливилось попасть на этот рейс, – они гроздьями висят на колесах, дверцах.


Однажды в окошко пилотов передали новорожденного младенца – мать не смогла попасть в вертолет, сказала только: «Пусть хоть мой ребенок спасется!» Когда взлетели, командир вертолета не выдержал, заплакал. Второму пилоту пришлось взять управление вертолетом на себя.


– Витя, что случилось?


– У меня недавно внук родился… такой же крошечный… как представил его на месте этого малыша, – выдавил молодой дед – Виктор Серегин. Через три с небольшим года, 28 января 1992 года, экипаж вертолета в составе Виктора Серегина, Сафы Ахундова и Аристуна Махмудова при подлете к Шуше будет сбит армянской ракетой, и мужественный командир отвернет горящую машину от города, спасая тем самым жителей Шуши. Вертолет взорвется в воздухе, погибнут сорок два мирных пассажира, а Виктор Серегин, Сафа Ахундов и Аристун Махмудов посмертно получат звания Национальных Героев Азербайджана.


Третья высота


Ходжалы


29 февраля. Приказ – забросить спецназ в район Ходжалы. Вылетели с двумя вертолетами сопровождения («крокодилами»), в одном из которых находилась съемочная группа Чингиза Мустафаева.


Подлетели к полю, где в разных позах лежали тела мирных ходжалинцев. Много тел. Сильный обстрел не давал возможности приземлиться. «Крокодилы» встали в круг на барражирование, подавляя огневые точки противника. Меж двух горушек, в небольшой ложбине, удалось наконец посадить машину.


И здесь первой пассажиркой на борту Наиля была мертвая девочка. Та самая, что теперь известна всему миру – съемки с места трагедии потом покажут все мировые телекомпании.


Взяв на борт убитых, вертолет взлетает под «аккомпанемент» плотной пулеметной стрельбы, набирает высоту и ложится курсом на Агдам. В салоне вперемежку с убитыми сидят прошедшие огонь и воду спецназовцы, и Чингиз Мустафаев, обхватив голову руками, смотрит в одну точку ничего не видящими глазами.


Четвертая высота


Мы победим!


В уютной комнате Азербайджанского республиканского общества татарской культуры «Туган тел» уже который час беседуем с Наилем – он вспоминает товарищей, дальние командировки, войну, годы учебы в Академии гражданской авиации, Канадском авиационном колледже, который окончил с отличием, мечтательно улыбается – вот освободим, говорит, захваченные земли, будем восстанавливать разрушенное войной народное хозяйство. Работы будет – непочатый край! И вертолет для этих мест – наипервейшее средство. Наиль говорит об этой чудо-машине, спасшей столько жизней с какой-то особенной теплотой в голосе, говорит так, будто он с ней одного роду-племени. А еще он говорит, что не представляет себя вне авиации и благодарит судьбу за возможность заниматься любимым делом.


Разглядываем его семейный альбом: старый Баку, интернациональный город, друзья детства всех наций и народностей.


Неожиданно вспоминается история: самое начало войны, как всегда – приказ вылетать. На этот раз в Ханлар, вернее, в несколько окрестных сел. Боевая задача – эвакуация армянского населения в Степанакерт. Старики, старухи, дети… Так и летят они – поникшие и угрюмые старики и дети «великой Армении», о которых родное правительство даже не вспомнило, а азербайджанское – обеспечило безопасную эвакуацию вертолетами.


И я наконец задаю Наилю вопрос, который не могу не задать:


– Если вы когда-нибудь встретитесь со своими друзьями детства – бывшими бакинцами – армянами и они бросят вам в лицо: «Вы проиграли!», что вы скажете им?


Я отвечу, что для армян это пиррова победа. Что они побеждают благодаря своему удивительному умению искажать любые реальные факты в свою пользу и с успехом пропагандировать их повсюду. Что победа им досталась в результате двойных стандартов и геополитических интересов ведущих государств планеты. И что еще не вечер – мир меняется. Меняется общественное мнение. Победа будет за нами!


Я слушаю его и понимаю: чтобы это произошло, наши дети должны видеть взлетающие самолеты своих отцов, а не их согбенные спины на рынках России.

Но это уже совсем другая история. Другая высота.

  • Ровшан

    Можно ли сообщить о членах экипажей вертолетов которые 29 февраля 1992 г вылетели со съемочной группой Чингиза Мустафаева в Ходжалы?