Март 15th, 2007 | 12:00 дп

Рынок конституционного права

  • Павел ВОЛОШИН
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

Политику не зря называют концентрированным выражением экономики. Любое решение, принимаемое в коридорах власти, имеет рыночную цену, богатых заказчиков и небескорыстных защитников. Наверное, именно поэтому некоторые реформы выглядят обычными попытками передела собственности. И в первую очередь это справедливо в отношении недавно принятого закона о квотировании мест для иностранных торговцев на рынках. Кто заинтересован в «национализации» торговли и насколько эта кампания соответствует букве и духу Основного закона Российской Федерации, корреспонденты «Азербайджанского Конгресса» решили выяснить в ходе собственного журналистского расследования.

Как и предсказывали скептики, процесс вытеснения иностранцев с российских рынков идет с отчетливым скрипом. Оправдываясь, чиновники дружно называют квотирование торговых мест «вынужденной мерой». Больше других краснеть приходится директорам рынков. «Что мне делать с иностранными торговцами, которые еще в 2005 году были заявлены в квоту на 2007 год, получили все разрешения, строили планы, легально работают – и вот теперь вынуждены сворачивать торговлю и терпеть убытки?» – сокрушаются руководители крупных и мелких торговых площадок. «Расторгнуть договоры и распрощаться. Закон есть закон, мы обязаны его исполнять», – отвечают неумолимые чиновники. Спорить с ними трудно: действительно, если закон принят, его надо исполнять, невзирая на весьма сомнительную легитимность. И, как выяснили дотошные эксперты, серьезные экономические проблемы.


Кому выгодно?


Известно, что жесткая управленческая вертикаль плохо сочетается с рыночной вольницей. Наверное, именно поэтому наведение порядка в государстве для рядовых россиян всегда ассоциировалось с упорядочиванием торговли. Вначале, как мы знаем, была прекращена анархия на сырьевом рынке, где конкурирующие друг с другом олигархи поддерживали на плаву разваливающиеся гиганты отечественной добывающей промышленности. Потом рынок изгнали из сельскохозяйственной отрасли. Теперь очередь дошла до последнего бастиона свободного предпринимательства, системы снабжения продуктовых рынков страны. Только здесь процесс передела приобрел отчетливый националистический душок.


Как именно будут отныне функционировать продуктовые рынки страны, слабо представляют даже авторы закона о квотировании. Упорное нежелание россиян заняться торговлей уже подвинуло некоторые региональные власти явочным порядком ввести заметные послабления жесткого запрета на профессию, разрешив части иностранных торговцев остаться у прилавков. Большинство регионов России пошли своим, вполне предсказуемым путем. В «зачистке» продуктовых рынков многие увидели шанс монополизировать пока еще свободный сектор экономики. Как именно это будет осуществлено, можно понять из слов губернатора Свердловской области Эдуарда Росселя. Комментируя итоги введения квот на торговые места и возникшую в связи с этим угрозу дефицита овощей и фруктов, чиновник выразил готовность немедленно перехватить инициативу на местах. При этом методы, которыми он предполагает воспользоваться, правильнее было бы назвать «рыночно-административными»: «…создадим ОАО, которое возглавит свердловчанин, и будем закупать продукцию в странах СНГ. Будут поставлять нам оптом продукцию, а прибыль делить…» Переведя слова губернатора с чиновничьего на общепринятый, можно понять, что Россель собирается поставить все рынки в зависимость от частного посредника – перекупщика, которого назначит сам. «Невидимой руке» рынка тут просто нечего делать: цены и ассортимент товаров будет диктовать монополист областного масштаба. С кем губернатору придется делить прибыль, остается только догадываться.


В свое время похожую реструктуризацию пережил зерновой рынок России. Успешно торпедировав идею создания свободной зерновой биржи, Минсельхоз РФ явочным порядком утвердил систему, когда главным посредником между крестьянином и пекарней стала фирма-перекупщик. За пару лет несколько компаний-трейдеров поделили между собой всю Россию, став монополистами регионального значения. Последствия такого передела рынка страна расхлебывает до сих пор. Трейдеры намеренно снизили закупочные цены практически до уровня себестоимости зерна. А потом, щедро кредитуя разоренные колхозы, загнали агропромышленный комплекс в долговую яму. Как писала недавно «Российская газета», «в целом ряде регионов нормальные рыночные отношения заморожены негласно внедренными серыми схемами. По сути, речь может идти об организованном ограблении крестьян в масштабах целых областей». Нечто подобное, судя по активности представителей местной власти и приближенных к ней перекупщиков, ждет и «освобожденный от инородцев» продуктовый рынок.


Правда, за одним-единственным исключением. В отличие от зерна Россия не может самостоятельно обеспечить своих граждан фруктами. Трейдеры так или иначе будут закупать их у иностранных граждан по рыночным ставкам. А значит, заработать перекупщики смогут только на покупателях, рисуя лишние цифры на ценниках. Ничего нового: если верить классикам политэкономии, так всегда бывает при монополизации рынка.


Необязательность суровых законов


Закон экономики обмануть нельзя. А с точки зрения российского законодательства насколько правомочен акт, запрещающий мигрантам торговать на российских рынках? И чем, по мнению инициаторов введения квот, иностранный торговец хуже торговца отечественного?


Оказывается, ничем. Если верить части первой статьи 34 российской Конституции, «…каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности». Слово «каждый» подразумевает, что действие данной статьи Основного Закона распространяется на всех, кто законно пребывает на территории России, вне зависимости от наличия гражданства страны и национальности. При этом ограничить право на занятие предпринимательством нельзя ни при каких случаях, включая стихийное бедствие или войну:


«Статья 56


1. В условиях чрезвычайного положения для обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя в соответствии с федеральным конституционным законом могут устанавливаться отдельные ограничения прав и свобод с указанием пределов и срока их действия.


2. Чрезвычайное положение на всей территории Российской Федерации и в ее отдельных местностях может вводиться при наличии обстоятельств и в порядке, установленном федеральным конституционным законом.


3. Не подлежат ограничению права и свободы, предусмотренные статьями 20, 21, 23 (часть 1), 24, 28, 34 (часть 1), 40 (часть 1), 46 – 54 Конституции Российской Федерации».


Следовательно, приняв решение ввести запрет на профессию торговца для иностранных граждан, власти явно превысили свои полномочия. Дело в том, что в соответствии с частью 1 статьи 15 Конституции РФ «Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации». И уж тем более не стоит нарушать Основной закон государства ради призрачной «заботы об отечественном производителе», выгоняя с рынков законопослушных граждан других стран…


Непременное условие демократии – наличие гражданского общества. Настаивать на соблюдении своих прав может каждый, вне зависимости от вероисповедания, гражданства и национальной принадлежности. Благо механизм защиты прямо прописан в российском законодательстве. Любой, кто законно находится на территории страны и кому отказывают в соблюдении его прав, в том числе и на предпринимательскую деятельность, может в установленном порядке обжаловать решение властей. А если в таком иске откажут местные служители Фемиды, человек имеет право обратиться в суд Конституционный. Ответом на запрет профессии продавца для иностранцев может стать коллективный иск законопослушных рыночных торговцев. Или одиночное обращение иностранного гражданина, уважающего российскую Конституцию. Задачу защитить в суде права земляков, изгнанных с рынков России, взял на себя один из сотрудников «Азербайджанского Конгресса». Репортаж о первом опыте правовой борьбы с рыночным беспределом читайте в следующем номере нашей газеты.




Комментарий эксперта Информационно-аналитического Центра по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве МГУ Александра Караваева:


В правительстве Москвы критикуют новые положения миграционного законодательства, согласно которым приезжающие на работу в Россию иностранные граждане должны вставать на учет не по месту жительства, а по месту пребывания. «В переводе на русский язык и немного утрируя, я могу сказать, что это и телефонная будка около дома, и картонная коробка», – обнародовал свое мнение руководитель Комитета межрегиональных связей и национальной политики правительства Москвы Алексей Александров. Проблема в том, что по закону под местом пребывания понимается место жительства или иное нежилое помещение. «Если мигрант покупает квартиру или комнату, он может уведомить и пригласить пятьдесят, сто человек – без ограничений. Где они будут жить? На том же Басманном рынке или в другом месте, в подвале», – заметил представитель столичного правительства. При этом он согласен с тем, что положение, согласно которому с 1 апреля иностранные рабочие вообще не смогут торговать на российских рынках, может привести к росту цен на товары, и вообще эти меры чрезвычайно жесткие, так как российские фермеры не смогут одновременно производить сельскохозяйственную продукцию и заполнить все рынки. В этой связи Александров высказался за создание органа наподобие существовавшей в советское время Роспотребкооперации, который был бы связующим звеном между фермерами и торговой сетью. С мнением московского правительства, кстати, согласны и ряд сенаторов Совета Федерации.


Что имеется в виду? Пустующие места на рынках, а их число достигает 40–50%, отдадут городскому предприятию «ГУП Мосрегионторг», которое будет на законном основании нанимать на работу продавцов-иностранцев и распределять по рынкам. Считается, что это формально не противоречит постановлению об ограничении иностранцев в розничной торговле, так как они будут наняты государственным предприятием.


Правда, в самом «Мосрегионторге» по поводу таких перспектив выражают недоумение: представители этой организации не считают, что должны работать как работодатели. По словам руководства предприятия, реально речь идет о планах наладить закупочно-сбытовую систему, включающую региональные фермерские хозяйства, благодаря которой продукция должна стоить на 15–20% дешевле, чем в магазинах. Другим следствием прямых закупок считается изменение сложившейся полукриминальной системы оптовых поставок продовольствия со стихийных рынков на границе города. Система государственных продовольственных баз должна будет регулировать объемы и потребительскую стоимость рыночных продуктов. По мнению «Мосрегионторга», проблем с теми, кто будет торговать, быть не должно: места предоставляются бесплатно и на них окажутся представители столичных агрохолдингов.


Тем не менее в связи с сокращением ассортимента товаров на продовольственных рынках страны на сегодняшний день принято весьма знаменательное решение: продать на сельхозрынках часть сельскохозяйственной продукции, закупленной осенью в рамках госзаказа и заложенной на хранение. Иными словами, распечатав госзаказ, чиновники подтвердили факт возникающего дефицита на столичных рынках.


И это не все. По прогнозу Департамента потребительского рынка и услуг правительства Москвы, на городских рынках освободится около 26 тысяч рабочих мест, если 1 апреля с них уйдут все иностранные торговцы. Найти такое количество рабочих рук среди москвичей вряд ли удастся. Департамент потребительского рынка разработал ряд предложений и намерен просить федеральные власти разрешить в отдельных случаях привлекать к торговле иностранцев. Конечно, нелегалы будут отфильтрованы, но люди, которые на сегодняшний день имеют все разрешения и документы, от медицинской книжки до договора аренды торгового места, могли бы и остаться.

Вместе с тем, если рассматривать эту ситуацию не истерично, а комплексно с другими проблемами торговых площадей города, она выглядит более рутинно. Идет процесс переформатирования всей системы торговли. Даже в отсутствие федерального закона, предписывающего освобождение рынков от иностранных граждан, ограничения торговли, связанные с сокращением рыночных торговых площадей, коснулись бы всех без исключения.