Июнь 15th, 2007 | 12:00 дп

Первый среди прочих

  • Александр КАРАВАЕВ
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

К перспективам газовых маршрутов в Центральной Азии
Россия возвращается в Центральную Азию с новым и актуальным для партнеров инфраструктурным предложением. Ранее экономическое присутствие РФ в регионе сводилось лишь к поддержанию еще советских транспортных инфраструктур, приобретению активов в энергетике и крупных предприятий. И когда на горизонте замаячила опасность ухода каспийского газа на Запад, Кремль сделал мощный рывок.

В Декларации о строительстве Прикаспийского газопровода с участием Узбекистана, подписанной в каспийском порте Туркменбаши, указаны контрольные даты начала проекта: до 1 сентября подготовить технико-экономическое обоснование, основные характеристики и сроки осуществления, само строительство должно начаться со второго полугодия 2008 года. Таким образом, окончательное суждение о результате трехстороннего саммита в Туркмении можно будет вынести к сентябрю этого года, когда будут объявлены точные сроки и характеристики проекта.


Казалось бы, вся экономика Евразии держится на экспорте углеводородов, но за годы после СССР в Центральной Азии появился, пожалуй, только один проект с участием РФ – Каспийский трубопроводный консорциум (КТК). Ситуация вокруг КТК показывает, что даже при совпадающих политических интересах дружественным странам СНГ сложно урегулировать коммерческие вопросы.


Вокруг стоимости и тарифов транспортировки центральноазиатского газа тоже разворачиваются нешуточные коллизии. Реальным результатом после саммита можно считать принципиальное согласие России делиться с казахстанскими и туркменскими компаниями прибылями от европейского экспорта. Иными словами, «КазМунайГаз» как участник СП «Казросгаз» будет продавать в Европу значительную часть из 15 млрд. куб. м газа, переработанного на ГПЗ в Оренбурге. Цена газа, по некоторым оценкам, составит 140–145 долл. за 1 тыс. куб. м.


Туркмения уже получила от России сравнительно неплохую стоимость для своего газа – 100 долл. за 1 тыс. куб. м на период до 2009 года, кроме того, участвуя в будущем Консорциуме строителей прикаспийской трубы, Ашхабад сможет также перепродавать часть своего газа на более выгодных условиях в Европу. Если на секунду представить, что параллельно начнется строительство транскаспийского газопровода, Туркмения вряд ли смогла бы получить от своих западных партнеров более выгодные условия отпускной цены газа на своей границе.


Таким образом, можно сказать, что туркменский саммит наметил контуры будущего объединения производителей и продавцов центральноазиатского газа. О реальном «газовом ОПЕК» говорить пока рано, но параллели уместны: встречи президентов могут стать органом регуляции газового рынка.


Произойти такое событие может не ранее 2009–2010 годов, когда закончится реконструкция старой сети трубопроводов Средняя Азия–Центр и Бухара–Урал, которые сейчас обеспечивают продажу порядка 60 млрд. куб. м туркменского, казахстанского и узбекского газа в Россию. Первая очередь нового Прикаспийского трубопровода добавит к этому объему 10 млрд. куб. м в год, на второй фазе реализации проекта, которая может занять интервал в 5–7 лет, мощность этой системы может быть доведена до 30 млрд. куб. м газа. В итоге Россия сможет приобретать до 90 млрд. куб. м газа в год.


Означает ли прошедший саммит «закрытие» других направлений транспортировки для центральноазиатского газа? Вовсе нет. Оба президента, Назарбаев и Бердымухаммедов указали, что будут рассматривать и другие маршруты, просто российский – первый среди прочих. Ситуация на этом рынке ведет к тому, что рано или поздно появятся маршруты на все стороны света. У каспийских стран будет больше возможностей для торговли, извлечения прибыли и получения политических дивидендов. Поэтому интересы России и остальных участников туркменской Декларации не могут совпадать на все сто процентов.


США и ЕС уже почти десять лет ищут возможности для собственных магистралей в этом регионе. Идет активная пропагандистская накачка нефтяных компаний, экспертов и общественности в пользу интенсификации строительства транскаспийского газопровода (ТКГ). Проект может стать одним из элементов новой холодной войны с Россией. Согласно одному из вариантов, ТКГ предполагается проложить начиная с перспективного казахстанского месторождения Тенгиз и далее маршрутом Туркменбаши–Баку. Для этого придется прокладывать новую транскавказскую газовую линию, так как мощности Баку–Эрзурум может не хватить. Транскаспийский маршрут в одной из конфигураций рано или поздно будет осуществлен. Для его реализации нет необходимости окончательно согласовывать правовой статус Каспия, достаточно двусторонних соглашений как в Черном море с «Голубым Потоком». Однако вполне понятно, что РФ будет проводить активную дипломатическую и общественно-экологическую оборону против этого проекта.


Китай без особого шума уже выстроил в регионе первый, не направленный в Россию нефтепровод Атасу–Алашанькоу первоначальной мощностью 10–15 млн. т. КНР также не останется в стороне от каспийского газа, равно как и Астана не собирается отказываться от китайского направления. Сроки строительства казахстанско-китайского трубопровода и объемы поставок газа стороны согласовали еще в первой половине 2006 года. Китай ведет активные переговоры относительно возможности участия узбекского газа в этой трубе.


В целом вокруг договоренностей каспийских партнеров с Китаем закручивается интересная интрига. Позиция Кремля на сегодняшний день – не бороться с китайскими компаниями как с противниками, а использовать их как нового игрока, вышибающего сырьевую базу из западных проектов в Центральной Азии. Но в любом случае китайские инвестиции в регион уже многократно превосходят российские. На последнем в апреле заседании туркменского правительства реализацию проекта по строительству газопровода в Китай Бердымухаммедов назвал в числе первоочередных государственных задач. Поэтому КНР, вероятно, превратится для России в Центральной Азии из незаметного в весьма неудобного конкурента.

Многое будет зависеть от нового туркменского президента Бердымухаммедова. Туркмения – это вторая газовая кладовая СНГ и, возможно, находящаяся в первой мировой десятке по общим запасам. Оптимизм в отношении скорой и быстрой «демократизации» Туркмении рассеялся как с белых яблонь дым. Но на эту страну в целом, и на ее президента в частности, по-прежнему смотрят с надеждой из многих геополитических центров. Для всех партнеров Туркмении Бердымухаммедов остается президентом, «подающим надежды»: выданные ему авансы не исчерпаны. Его уже сейчас ждут с распростертыми объятиями. Именно такую перспективу должна учитывать Россия, серьезно выстраивающая свои отношения с Туркменией после Ниязова.