Февраль 29th, 2008 | 12:00 дп

Развилка для Саркисяна

  • Александр КАРАВАЕВ
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

В Армении состоялись выборы президента. Ожидаемую победу, несмотря на наличие серьезного конкурента в лице первого армянского президента Тер-Петросяна (21,5% голосов избирателей), одержал действующий премьер, авторитетный глава силовиков Армении, лидер карабахского клана – Серж Саркисян (52,86% голосов избирателей). Другой фаворит президентской гонки – председатель оппозиционной партии «Оринац Еркир», экс-спикер парламента Артур Багдасарян набрал 16,66%.

Как известно, главной интригой этих выборов стало возвращение Тер-Петросяна в большую политику после 10 лет молчания. Нынешняя властвующая элита несколько напряглась, а оппозиционно настроенные граждане восприняли как мужественный шаг и честный – Тер-Петросян покаялся за ошибки своего правления (этого не делал ни один лидер, за исключением, пожалуй, Бориса Ельцина), – целый ряд его предвыборных действий по объединению оппозиции вселил ожидание серьезной борьбы, ожидание второго тура. Но административный ресурс перевесил.
Внутреннюю жизнь Армении волнует другая, более глубокая тема – как решится вопрос «дуумвирата» Саркисян-Кочарян. Ситуация совершенно непохожа на российскую картину – армянская политическая жизнь не так сильно зависит от Кочаряна, как российская от Путина. Но в чем-то обе ситуации имеют генетическое сходство – после периода Тер-Петросяна трения между группами властвующей элиты решаются без вытеснения «старой гвардии» на обочину, а как бы в рамках обычной кадровой ротации, как в Москве.
Допустим, до выборов ходили разговоры о том, что Кочарян намеревается получить пост премьера при президенте Саркисяне. Это было бы логично. После референдума ноября 2005 года, внесшего поправки в Конституцию страны, у премьера становится чуть больше административных ресурсов, а правительство в целом оказывается под контролем парламента несколько в большей степени, чем раньше. Теперь, после выборов, возникла другая версия конфигурации власти, возможно Республиканская партия Саркисяна, которая имеет большинство в парламенте, постарается выдвинуть на премьерский пост более управляемую фигуру, чтобы избежать в будущем конфликта между первыми лицами государства. Однако и Кочарян не остался у «разбитого корыта», ему прочат пост руководителя СП «АрмРосГазпром».
В любом случае, как бы ни развивались события, вряд ли стоит ожидать суперсерьезного раскола и ожесточенной борьбы внутри армянской элиты, выходящей за пределы нормы.
Другое дело, что Армения приближается к важным рубежам, которые определят будущие сценарии развития страны и покажут, насколько жизнеспособным и рациональным окажется кабинет Саркисяна.
Известна способность армянского руководства поддерживать баланс в отношениях с Россией и другими геополитическими гигантами. Ереван заручился их помощью и инвестициями, прежде всего со стороны РФ. Но развитие тех же российских предприятий и вообще промышленный рост в Армении упирается в проблему закрытого сообщения с Турцией и отсутствие железнодорожного сообщения с Россией (через Грузию и территорию Абхазии). Черноморский паром и Транскавказская автомагистраль недостаточны для больших объемов грузопотока, а авиаперевозки дороги. Поэтому для Армении сейчас важны не столько российские инвестиции (инвестиционных проектов достаточно), сколько дипломатические усилия России в разблокировании коммуникаций. Однако без уступок со стороны Армении в карабахском конфликте Россия не сможет открыть ей двери во внешний мир.
Со своей стороны Россия ожидает долгосрочное пребывание Армении в геополитическом лагере ОДКБ. В чистом виде это уже нереализуемо. Армения по-своему уникальна: будучи членом ОДКБ, обладает тем же уровнем партнерства с НАТО, что и Грузия (IPAP с 2005 года). Серж Саркисян, будучи главой Минобороны страны, отправил армянский контингент в Ирак, пусть небольшой, но сам факт весьма значим. Есть версия, что в свое время генсек ОДКБ Николай Бордюжа дал сигнал руководству Еревану о недопустимости дальнейшего дрейфа Армении в сторону атлантического альянса, однако насколько он «убедил» ереванскую элиту и как реально может отреагировать Россия, непонятно – цена на газ и так поднята, а инвестиции назад не забрать.
Армения еще какое-то время сможет сидеть «на двух стульях», но новый президент наверняка окажется под большим внешним давлением, требующим более четкого выбора от его страны. Но если в этом аспекте геополитики могут быть исключения из правил либо достаточно долго продолжатся политические игры, то в вопросе открытия коммуникаций мировое сообщество в лице МГ ОБСЕ единодушно – разблокирование Армении возможно только при возвращении хотя бы части оккупированных азербайджанских территорий. Вокруг этого как раз и идут переговоры посредников, предлагающих Баку и Еревану различные варианты. Россия и Запад тут едины. В этом единстве залог того, что при новом армянском президенте Азербайджан сможет добиться хотя бы части своих требований. Но будет ли приемлемо для Азербайджана лишь частичное восстановление территориальной целостности? Этот вопрос переговорщикам никак не обойти.
Таким образом, Саркисяну предстоят непростые внешнеполитические задачи. В этом смысле показательна судьба Левона Тер-Петросяна, он пытался пойти на уступки Азербайджану, мог выправить отношения с Турцией, разделив тему геноцида 1915 года (отложив или «заморозив» этот вопрос) и экономических отношений в разные трафики. Мог, но не нашел поддержки у местной элиты и был вынужден уйти. Нынешняя Армения снова отказала ему и себе в таком сценарии развития.