Март 16th, 2008 | 12:00 дп

Памяти друга

  • Чингиз ГУСЕЙНОВ
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

Недавно на 81-м году жизни в Москве скончался один из выдающихся представителей моего народа, человек редких душевных качеств, отзывчивости и благородства, один из честнейших людей, встречавшихся мне на моем пути, – шекинец Исмаил Алхазов.

В течение почти шестидесяти лет нас связывала с ним дружба. В 1949-м в составе большой группы азербайджанских студентов и аспирантов, а среди нас были ныне крупный ученый Ахмед Искандеров, Данил Гулиев, Зия Буниятов, мы перевелись на учебу из Баку в Москву, некоторые так и осели здесь. С Исмаилом Алхазовым в юридическую аспирантуру поступили тогда Бахрам Раджабов и Абдулали Мустафаев, они втроем жили в знаменитой гостинице «Якорь», ныне исчезнувшей, на улице Горького, тоже бывшей. Проучились в аспирантуре недолго, работали в постпредстве Азербайджана, которое возглавлялось Тагиевым (через много лет, сочиняя «Доктор N», узнал, что Тагиев был в 1925-м членом Госкомиссии по организации похорон председателя ЦИК СССР Нариманова); Бахрам проработал тут, как сказал мне впоследствии, от звонка до звонка тридцать пять лет; Абдулали тоже. А Исмаил, короткое время ведая делами студентов и аспирантов, в 1953-м, сразу после смерти Сталина, перешел работать в Верховный суд СССР, где прослужил почти полвека – до развала СССР.
Сблизили нас шахматы. По блату, постарался Исмаил, я был включен в шахматную команду Верховного суда, играл на первой доске в командных первенствах высших союзных госучреждений, и, дабы придать законность моему участию, был зачислен в штат переводчиков (ко времени пришлось-таки – хорошая была прибавка к моей аспирантской стипендии) – переводить на русский поступавшие на азербайджанском в Москву судебные материалы… Однажды – не без совета Исмаила – мне вручили увесистый том, корявые записи от руки на азербайджанском, материалы суда над сестрой Мир-Джафара Багирова Сеид-Фатьмой. Дело в том, что она, в бытность брата вождем, не оплачивала услуги за свет-воду-газ-телефон, из страха ей не присылали квитанции, а как осудили Багирова – тотчас предъявили огромный счет, началось судебное разбирательство… Суд она, естественно, выиграла.
Потом, когда я стал работать в Комиссии по литературам народов СССР в СП (а это территориально рядом с Верховным судом СССР), наши встречи участились, Исмаил посильно помогал мне в приобщении к материалам репрессированных писателей. Вспоминаю частые хождения к нему с вдовой великого армянского поэта Егише Чаренца Изабеллой Мовсесовной, когда пришлось заниматься их реабилитационными делами, но и сам Исмаил просил меня помочь с публикациями талантливым литераторам-юристам, с которыми был дружен, в частности писателю-фантасту Льву Эджубову, прославленному впоследствии журналисту Аркадию Ваксбергу.
Помню, в разгар суда над А. Синявским и Ю. Даниэлем Исмаил, не таясь, говорил мне, что «мы не понимаем, что делаем: суд этот – не в нашу пользу», в чем «глубоко убежден», но что на его «уровне, увы, ничего не решается». Потом – что тоже зафиксировано в моих тогдашних записях – резко осудил опубликованную в то же время в газете «Заря Востока» статью секретаря ЦК КП Грузии Стуруа об «очернительской литературе», имелись в виду Синявский и Даниэль. О том, что в Москве жил и работал деятель такого масштаба – в последние советские годы он дважды избирался членом Верховного суда, – мало кто из земляков знал. Но узнают теперь – увы, после смерти.
За несколько лет до него покинула сей бренный мир верная и мудрая его подруга Нина, женщина внешне и внутренне красивая, которая одарила его дочерью Элей, а та родила им внука Кирилла, ныне студента ИСАА (Института стран Азии и Африки) при МГУ. Образ отца и деда, убежден, будет долго светить им, дочери и внуку, на их жизненном пути – выражаю им искреннее соболезнование в связи с кончиной славного моего земляка Исмаила Алхазова.