Май 19th, 2008 | 12:00 дп

Не будите дух войны

    1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
    Loading ... Loading ...

    По просьбе корреспондента «АК» Валентина Пруссакова американский профессор Европейского Центра по изучению безопасности им. Джорджа Маршалла Юджин Вертлиб, побывавший в Москве, представил свое видение политической картины современного мира.

    Ислам наступает. Лет через шесть, когда население России сократится миллиона на три-четыре, исламское преобладание за счет более высокой рождаемости по сравнению со славянами должно будет отразиться в соответствующей корректировке государственных приоритетов.

    Затяжная и малоэффективная война в Ираке поколебала американскую монополию на лидерство и способствует возвращению мира к более органичной многополюсной системе. Без сдержек и противовесов нет надежной безопасности. Збигнев Бжезинский утверждает, что «война превратила не только Ирак, но и близлежащие к нему мусульманские страны в питомник антиамериканских, антибританских, антиизраильских и тому подобных террористов». Вместе с неэффективной «зачисткой» Ирака раскололась не только Европа, но и Азия. Гегемонистский курс Белого дома может способствовать китайско-японо-мусульманской блоковой консолидации.

    Попытки убедить американцев, что главным мотивом террористов является абстрактная ненависть к свободе, а их действия определяются враждебностью ко всей западной цивилизации, не более чем самообман. Если бы это было так, Стокгольм или Рио-де-Жанейро подвергались бы не меньшей опасности, чем Нью-Йорк. Все эти нападения, несомненно, связаны определенной закономерностью: их объектами становятся союзники и клиенты США, участвующие в разрастающейся интервенции на Ближнем Востоке. Пол Пилар на страницах «Foreign Affairs» утверждает со знанием дела, что «первый доклад о последствиях оккупации Ирака был заказан ЦРУ лишь через год после начала войны». Но Ирак никак не предстает пилотным образцом на пути демократизации Большого Ближнего Востока. Сопротивление нарастает и исламизируется. Теракты в Ираке планирует «Аль-Каида», и в них участвуют мусульмане из разных стран. О нарастании взаимной отчужденности мусульманства и Запада говорит и происходившая околокарикатурная война.

    Датская карикатурная провокация подлила масла в этнико-цивилизационное противоборство. Ватикан тогда поддержал религиозные чувства мусульман и заявил, что свобода слова не должна означать осквернения святынь и оскорбления религиозных чувств другой веры. Поздно поняли истину, что свобода слова не оправдывает презрения к религии. В результате подталкивания с двух сторон обеих цивилизаций запылали костры ненависти мусульман к Западу и наоборот. Впрочем, это стратегически выгодно обеим сторонам – для сплочения сил своих сторонников.

    Пародия на мусульманского Пророка – это рекогносцировка перед схваткой двух «непересекающихся идеологий» и перекличка боевых порядков перед войной с Ираном. Пока ЛДПР настаивает на цивилизованной мусульманизации всей России – многоженстве, карикатурный синдром задел и Россию. Аналитик Алексей Пушков полагает, что «тон и в политике, и в идеологии Европы задают люди фундаменталистских демократических убеждений» (по моей терминологии: большевики антикоммунизма). Пожалуй, только Россия способна правильно разобраться в данном конфликте. Ей, как мало кому еще, понятно, что Мухаммеда вообще нельзя изображать. Ведь в свое время такая тенденция была в Византии, в православии – иконоборческое движение против изображения лика Христа. Кстати, ангажированность заказчиков карикатурной провокации была очевидна. Если датская газета «Юлландс-Постен», которая первой опубликовала карикатуры на пророка Мухаммеда, не прикрывалась «свободой искусства», то почему она три года тому назад отказалась напечатать «картинки» на Иисуса Христа?! Обычного мусульманина шокирует не только покушение на святое, но лицемерная практика западных двойных стандартов. «Свобода слова, – говорит Оливье Руа в статье «Карикатуры: геополитика возмущения» в газете «Монд», – во всех западных странах уже и так ограничена двумя вещами: законом и неким социальным консенсусом». «Свобода слова» – как дымовая завеса интервенционистской позиции Европы на Среднем Востоке. Европейские страны по своей инициативе вступили в противоборство с Ираном по поводу ядерного досье. Они находятся в первых рядах обвинителей Тегерана в Совете Безопасности…

    Что же касается США, то, по словам Бжезинского: «В Белом доме поутихли разговоры о войне с террором и все чаще стали раздаваться призывы к борьбе за свободу во всем мире». Политолог не соглашается с такой стратегией республиканцев: «Поспешное насаждение демократии в отсутствие социально развитого и политически зрелого гражданского общества, например, на Ближнем Востоке, скорее всего, послужит целям радикального популизма». Уместно вспомнить слова сэра Питера Устинова: «Терроризм – это война бедных; война – это терроризм богатых».

    Не следует забывать, что арабские и исламские революции, применявшие террористическую тактику против Запада, редко заканчивались неудачей. Неуклюж сам термин «война с терроризмом». Нельзя, по мнению Даниэла Пайпса, вести войну против тактики военных действий. Это все равно, что объявить войну «оружию массового поражения» или «наземным операциям с применением авиации». Это как если бы после Перл-Харбора США объявили бы войну не Японии, а молниеносным нападениям. Атаки на дух противника продолжаются. Недавно германский бизнесмен напечатал Коран на туалетной бумаге и разослал его по 15 мечетям, за что осужден на год условно…

    Трудно сказать, возможно ли мирное сосуществование постхристианской цивилизации с исламом. Но, безусловно, необходимо положить конец любым провокациям и религиозным оскорблениям как с одной, так и с другой стороны.