Май 25th, 2008 | 12:00 дп

Жизнь, продленная в стихах

  • Валех САЛЕХ
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

Я познакомился с ней в 2003 году, в период учебы в Литературном институте. Она прекрасно знала азербайджанскую литературу и не раз темой наших бесед была азербайджанская культура. Рассказывала мне о встречах с Расулом Рзой, его отеческим отношением к ней, своих частых поездках в Баку. Рассказывала эпизод, как по настоянию Гейдара Алиева чуть не получила звание народного поэта прямо в самолете.

Расскажу одну историю. Живя в общежитии, я как-то получил из дома посылку, в которой находился «дошаб». В сопроводительном письме отец настаивал, чтобы я регулярно, в целях профилактики, принимал по столовой ложке бальзама. Разумеется, я не стал этого делать, а, побывав в гостях у Риммы Федоровны и выслушав ее жалобы на недомогание, недолго думая, предложил лечение «дошабом». Она позвонила спустя пятнадцать дней и честно призналась:

– Валех, я сделала все, как ты мне советовал.

Я поинтересовался результатом.

– А никакого результата, – отрезала она.

– Вам по-прежнему нездоровится?
– Нет, полегчало.

– Так это и есть результат, – рассмеялся я.

Она тоже долго смеялась.

Благодаря Римме Казаковой я оказался в рядах Союза писателей Москвы и по ее настоянию впервые напечатался в органе Союза писателей Москвы, литературном альманахе «Кольцо А». Мы иногда виделись, но когда это случалось, любили говорить на тему отношений между литературными поколениями. Римма Казакова очень внимательно следила за поветриями в современной литературе. А то, что происходило на поэтической ниве, интересовало ее в первую очередь. Она следила за тем, что читает молодежь, какие у нее настроения, вкусы и как они со временем меняются. Любила сопоставлять, читала стихи новых авторов и тут же приводила в пример свое стихотворение на эту же тему. Порой мне казалось, что она скучает по старому времени, переживает, что ее читатель остался там… Но это не так.

«Я не страдаю отсутствием встреч с читателями, – утверждала она, – ностальгии по вечерам поэзии у меня нет. Те поэтические вечера, на которых я бываю, часто разочаровывают. Приходится слушать витиеватую абракадабру. А ведь поэт, по моим ощущениям, это прежде всего большая душа, большое сердце, способность сострадать, сочувствовать, быть на стороне тех, кому хуже, чем тебе самому».

Такой она и была: человеком большой души, большого сердца.

Она говорила: «Я люблю Азербайджан. Люблю азербайджанскую поэзию. У меня очень много друзей в этой стране».

Среди друзей называла Бахтияра Вагабзаде, Анара, Наримана Гасанзаде, Чингиза Алиоглы. Римма Казакова внесла большую лепту в дело развития культурных отношений между Россией и Азербайджаном, являлась участницей нескольких съездов Союза писателей Азербайджана. Из-под ее пера вышли переводы стихов Расула Рзы, Мамеда Араза, Бахтияра Вагабзаде, Наримана Гасанзаде и других выдающихся поэтов Азербайджана.

Хочу привести фрагмент стихотворения народного поэта Азербайджана Бахтияра Вагабзаде в переводе Риммы Казаковой.

 
«Мы поссорились снова…»
 
…Я судьбу свою сам раздробил
на две части: любил, не любил…
И борьба день и ночь напролет
меж рассудком и чувством идет.
Насовсем я и мог бы придти,
но мучительно знать мне, – прости! –
что, коль чувством тебя обрету,
будет ум ощущать пустоту.
 

Понесла утрату не только русская литература, а и вся литература стран – регионов бывшего Союза, чьим искренним и преданным другом она оставалась до последних своих дней на земле.