Август 03rd, 2008 | 12:00 дп

Вопросы есть, проблемы нет

    1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
    Loading ... Loading ...

    Директор Федеральной миграционной службы (ФМС) Константин Ромодановский рассказал обозревателю Интерфакса о том, какова истинная ситуация с миграцией в российских регионах, включая Москву, а также о техническом прогрессе в деле оформления заграничных паспортов для россиян.

    – Константин Олегович, в этом году ряд российских регионов, включая Москву, исчерпал квоту на привлечение иностранной трудовой силы. Миграция зашкаливает?

    – Потребность в трудовых мигрантах должна определяться экономикой. Исходя из этого и должны формироваться наши подходы к квотированию иностранной рабочей силы. Я согласен не со всеми принципами квотирования, но уверен, что оптимальный механизм будет выработан. Опыт и практика только нарабатываются. Квоты не должны быть фактором, сдерживающим экономическое развитие. Не хватает рабочих рук – мы должны получить их из-за рубежа. Тем более такая возможность сейчас есть – большинство стран СНГ охотно предоставляют нам трудовые ресурсы. Мы должны это использовать, но умело и эффективно. Трудовые мигранты должны приезжать туда, где есть рабочие места, где в них нуждаются, туда, куда нам нужно. Миграционные потоки необходимо упорядочить, именно для этого и разрабатывался порядок квотирования. Подчеркиваю, для того чтобы научиться квотировать эффективно, нужно время. За год всего не решишь, должна быть адаптация.

    – В прошлом году вместо регистрации для иностранцев в России был введен миграционный учет. Каковы результаты?

    – Мы вышли на очень хорошие показатели. В этом году по статистике поставленных на миграционный учет иностранцев мы опережаем показатели прошлого года уже на миллион. Миграционное законодательство работает. Нравится оно кому-то или не нравится, но это объективная реальность – работает. Мы почувствовали, что трудовые мигранты стремятся встать на миграционный учет, получить разрешение на работу, этот порядок стал проще и прозрачнее. Работодатели тоже стараются жить по закону, страны-соседи стали нас больше уважать.

    – Сколько сейчас в России легальных трудовых мигрантов?

    – Ежегодно в Россию приезжают до 25 миллионов человек. Из них примерно половина – работать. Думаю, число иностранных граждан, работающих в России на законных основаниях, в этом году превысит 3 миллиона.

    – Россия – большая, а численность ФМС всего 35 тысяч. Справляетесь?

    – Убежден, что главное – не число, а умение, умение использовать современные информационные и организационные ресурсы. Пусть медленно, но верно идут процессы развития биометрии и информационных баз. Это в будущем во многом заменит людей. Я не сторонник того, чтобы сейчас увеличивать штат, а потом его сокращать. Небольшой резерв есть, и если мы видим, что какие-то подразделения задыхаются, то стараемся им помочь. Хотя надо признать, что нагрузка на все подразделения очень большая.

    – Вы упомянули биометрию. Как идет внедрение паспортов нового поколения?

    – В любой сфере, когда внедряются какие-то новые технические решения, сначала возникают трудности. Но потом работа становится более эффективной. Помните слова профессора Преображенского из «Собачьего сердца»? Сначала надо избавиться от «разрухи в головах». С вводом биометрических паспортов не надо торопиться. К концу года мы выпустим первый миллион документов нового образца.

    – В некоторых подразделениях ФМС отказываются принимать заявления на получение обычных загранпаспортов. Говорят, что выдают только биометрические…

    – Наверное, гонятся за показателями. Я всем начальникам территориальных органов сказал: население не должно страдать от наших новаций. Есть обычные загранпаспорта, есть биометрические, которые в два с половиной раза дороже. Выдаваться должны и те, и другие. Я не сторонник того, чтобы в угоду какой-то прогрессивной линии страдали люди. Когда мы сможем заменить всю систему выдачи загранпаспортов на биометрические, мы перейдем только на новые паспорта. Но это дело будущего, и этот переход должен произойти так, чтобы он не сказался на людях.

    – С очередями за загранпаспортами справились?

    – Сейчас проблема очередей не настолько острая. И трудно понять, почему очереди то есть, то они исчезают. В Центральном административном округе Москвы, к примеру, очередей за паспортами почти не бывает. В любом случае мониторинг ситуации с очередями ведется. Реагируем сразу.

    – По-прежнему куча посреднических фирм обещает загранпаспорт в сжатые сроки. В этой сфере где посредники – там и коррупция. С посредниками нужно бороться?

    – Да с ними лет 15 уже борются. Или делают вид, что борются. Неважно, результат прежний. Системе посредников должен быть противопоставлен системный ответ. Ситуацию позволит исправить согласование документов для загранпаспорта между ФМС, МВД и ФСБ по электронной почте. Раньше это делалось по обычной почте. Теперь сроки получения загранпаспортов сократятся. Новая система позволит отслеживать очередность. Мы выбьем у посредников почву из-под ног. Мы видим, что человек получает паспорт вне очереди – его документ рассматривается и проходит все стадии вперед других. Посреднику платят за «ускорение». Если мы сумеем поставить «флажки», то выясним, кто исполнитель документа, и зададим ему вопросы.

    – Можно будет послать анкету на загранпаспорт по электронной почте?

    – Убежден, что в будущем мы к этому придем. Но сейчас важно отработать технологические решения, которые уже введены. Не стоит бежать впереди паровоза. Но в том, что отправить электронную анкету можно будет с домашнего компьютера, я не сомневаюсь. Но, повторю, это вопрос будущего.

    – Сейчас очень модная тема – борьбы с коррупцией. Вы возглавляли Департамент собственной безопасности МВД, ловили «оборотней» в погонах. Как вы считаете, коррупцию можно победить?

    – Коррупционные отношения были в самые разные времена, и никто не скажет, когда они появились. Они были всегда. Человечество, к сожалению, само создало этот «вечный двигатель». Если мы будем только говорить об этой проблеме и не принимать решительных мер, cамо по себе ничего не изменится. Что способствует коррупции? Отсутствие совести, ответственности, а также отсутствие чувства неотвратимости наказания за преступление, какого-то чувства страха, если хотите.

    – Говорят, что в 2003–2004 годах после кампании ГУСБ МВД по борьбе с коррупцией в правоохранительной сфере стало меньше взяток…

    – Кампании не было. Мы действовали в отношении одного фактора – люди поняли, что неотвратимость наказания есть. Но есть другие важные факторы – совесть и ответственность. К примеру, хороший начальник всегда знает свой коллектив и видит изменения у подчиненных. Коррумпированный сотрудник рано или поздно сядет в тюрьму, а его начальник будет спокойно сидеть в своем кресле и дальше. Это неправильно. Я не говорю, что начальника вслед за проворовавшимся подчиненным надо выгонять, но в любом случае уровень ответственности руководителя за подчиненных надо повышать. Ее нужно воспитывать, «прививать».

    – Как вы относитесь к тому, что милиция на улицах проверяет документы?

    – Если бы мы были страной с упорядоченной миграцией, я бы к этому относился отрицательно. У нас довольно большое количество нелегалов, поэтому органы внутренних дел оказывают нам помощь.

    – ФМС получила большие полномочия, но все еще находится в ведении МВД. Как вы считаете, должна ли служба стать полностью самостоятельной?

    – Не должны ведомственные амбиции перекрывать здравый смысл. Вместе с органами внутренних дел мы делаем одно дело. Их помощь – огромная, зачем от нее отказываться?

    – Пару лет назад было объявлено о запуске госпрограммы по добровольному переселению соотечественников из-за рубежа. Ощущение, что программа буксует…

    – Самое главное, что уже сделано – отработан механизм переселения. Это программа, которую можно реализовывать творчески. Ее нужно расширять, нужно больше активности со стороны регионов и, возможно, больше щедрости со стороны государства. По данной программе в Россию уже приехали 3,5 тысячи человек. В основном это наши соотечественники из Центральной Азии.

    – Есть мнение, что для борьбы с нелегальной миграцией следует не только укрепить границы, но и ввести визовый режим со странами СНГ. Ваше мнение?

    – В таких предложениях есть плюсы и минусы. Что мы найдем, а что потеряем от визового режима со всеми странами СНГ? Наверное, потеряем больше.

    – Раньше украинцам, приезжающим в Россию, можно было находиться здесь без регистрации до трех месяцев. Сейчас им, как и другим иностранцам, надо в течение трех дней встать на миграционный учет. Реакция Киева известна…

    – Этот вопрос находится в компетенции МИДа. Ведутся переговоры. Пока мы граждан Украины не караем. В то же время парадокс – многие украинцы сами встают на миграционный учет. Вообще, я сторонник единообразия – перед законом должны быть равны все. Но у украинцев сейчас есть преференции. Кстати, из Украины, Молдавии и Белорусии, с которой мы строим Союзное государство, к нам приезжают наиболее квалифицированные трудовые ресурсы.

    – Вы верите, что у нас с Евросоюзом когда-нибудь появится безвизовый режим?

    – Я верю. У меня «зеленый» паспорт. Был в Италии и Германии без визы. Мы запустили механизм реадмиссии и с 1 июля прошлого года по дипломатическим и служебным паспортам безвизовый въезд. Это первый шаг к безвизовому режиму. Все требования, необходимые для введения безвизового режима, Россия выполняет.

    – Трудовых мигрантов в России все больше, но и националисты не «дремлют» – проводят марши и объединительные съезды. Правозащитники говорят, что уровень ксенофобии в России предельно высокий. Вы разделяете их озабоченность?

    – Конечно, в семье не без урода. Но не нужно это раздувать до уровня проблемы. Вопрос есть, а проблемы нет.