Март 09th, 2009 | 12:00 дп

Тайна богов

  • Ильхама
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Loading ... Loading ...

Кадрия ханум Салимова – человек свободный и, наверное, оттого счастливый. Это и понятно, ведь только свободный человек может так безоглядно, почти бесшабашно делиться своим счастьем с другими, творить добро по призванию души, быть в гармонии с собой и целым миром. А счастлива она потому, что появилась на свет, прожила жизнь большую и ох какую непростую, но за которую не стыдно ни перед людьми, ни перед собой.





– Давно это было, – говорит Кадрия ханум, – а все словно вчера…

Ее отец – Исмаил Хакки, один из создателей и руководителей турецкой коммунистической партии, свято веривший в идеалы Маркса и Ленина, с приходом к власти в Турции младотюрок вынужден был вместе с женой Рагимой бежать из страны и поселиться в Баку, где в 1924 году и родилась девочка, которую нарекли Кадрия-Улькер.

Все помнит Кадрия ханум, да вот только рассказывать о себе не большая охотница. Вот про дочь Елену – это пожалуйста, какая она умница, кандидат психологических наук, издатель популярного журнала, в котором можно все узнать про цветы, или про внука Ванечку, который и диск-жокей превосходный, и дизайнер по интерьерам современных автомобилей непревзойденный. А уж когда речь заходит про мужа покойного, в которого она, что называется, влюбилась с первого взгляда, еще учась в аспирантуре, тут рассказам Кадрии ханум нет ни конца, ни края. И то правда, Эвальд Васильевич Ильенков, выдающийся советский философ, ученый по призванию, шестидесятник по убеждениям, был человеком, несомненно, незаурядным и в каком-то смысле одним из центров притяжения лучших людей своего времени. Радость, смешанная с грустью, одухотворяет лицо Кадрии ханум, когда она вспоминает те дни и тех людей, многих из которых, к сожалению, уже нет. Какие имена, какие судьбы!.. Мариэтта Шагинян, Василий Ажаев, Константин Паустовский, Корней Чуковский, Назым Хикмет, Мераб Мамардашвили. Среди ее друзей прославленный скульптор Э.Неизвестный, писатель А.Зиновьев, философы Г.Водолазов, А.Новохатский. Данью любви и уважения к памяти друга и мужа стали пять посмертных книг Эвальда Васильевича, увидевших свет благодаря стараниям Кадрии ханум.

Жизнь непрерывна, а воспоминания всегда дискретны. Память, подобно камере, которая по команде «Мотор!» наезжает, высвечивая и все более укрупняя какой-то отдельно выхваченный план, эпизод, затем второй, третий. Прерывистая цепочка, составленная из этих отдельных эпизодов, выстраивается в непрерывную линию жизни, и становится понятным, что в жизни не может быть «лишних» эпизодов, что в ней важно все. И старый бакинский дворик, в котором все соседи жили одной большой дружной семьей, не разделяя друг друга ни по национальному, ни по религиозному, ни по какому другому признаку. И школа № 26 на Красноармейской, дай бог памяти, как она сейчас называется? И жаркий солнечный день 21 июня 1941 года, когда весь 10-й «б» собрался на квартире у классного руководителя и до утра весело справлял свой выпускной вечер.

А назавтра была война. И юная Кадрия, оставив на потом все свои девичьи желания и мечты, вместе со всем классом пошла штурмовать кабинеты военкомата и проситься на фронт. Ведь она была не только отличницей и первой ученицей в классе, в совершенстве выучившей немецкий язык, – она еще попутно окончила курсы телеграфисток и знала азбуку Морзе.

…Чай в стаканах остыл, и Кадрия ханум заботливо подливает кипятку из чайника, а стрелки часов, отмеривая круг за кругом, неумолимо приближаются к полуночи. Я смотрю на Кадрию ханум, прекрасную и сейчас в свои почти (Кадрия ханум не считает нужным скрывать свой возраст) восемьдесят пять лет – хотя для кого годы проходят бесследно! – и пытаюсь представить ее семнадцатилетней, да еще в военной форме. Ведь она все-таки добивается того, что в сентябре 41-го ее направляют в Кутаиси, в особый отдел 26-й Кавказской армии, где за короткое время она осваивает специальность шифровальщицы. Ее военная эпопея длилась ровно четыре года, что называется, «от звонка до звонка». Есть ли такая точка отсчета, откуда можно отмерить эти военные четыре года? Какой мерой? Может, дни, а может, часы и минуты… Фронтовые дороги юной радистки Кадрии – почему-то в памяти всплыл образ радистки Кэт из «Семнадцати мгновений весны» – пролегли через юг России, Украину, Молдавию, Болгарию, Румынию, Польшу, Чехословакию, Венгрию, Австрию.

Запомнился ей разговор с командующим 3-м Украинским фронтом маршалом Федором Ивановичем Толбухиным, разговор, который мог коренным образом изменить всю дальнейшую жизнь Кадрии Салимовой. Легендарный военачальник предложил молодому офицеру, почти что девочке, обучение в разведшколе и переход на нелегальное положение, то есть карьеру профессионального разведчика. Но перспектива всю жизнь прожить по «легенде» не прельщала свободолюбивую, устремленную навстречу жизни, навстречу счастью Кадрию. Нет, этот отказ не был трусостью, напротив, то был акт мужества юной девушки, на гимнастерке которой сверкали золотом четырнадцать боевых наград, свидетельства ее героизма и смелости. Кровью и потом завоеванная Победа давала ей право сказать убеленному сединой маршалу: «Хочу домой, в Баку! Хочу к маме! Я сейчас очень нужна там, у себя на родине».

Мы перебираем старые фотографии, пожелтевшие, почти выгоревшие вырезки из газет, которым уже далеко за полвека. Парад физкультурников, легендарный «кукурузник», на фоне которого выстроились в шеренгу курсанты летного клуба, и среди них две закадычные подруги – Кадрия Салимова и Нулуфар Эфендиева. Ожившая история, кадры кинохроники, раскрученные вспять. А впрочем, фильм был, его сняла московская бригада кинодокументалистов, и назывался он «Первые крылья». Это был фильм о Кадрии и Нулуфар – первых женщинах-азербайджанках, севших за штурвал самолета. Они же – первые азербайджанки, совершившие прыжок с парашютом. К сожалению, в полушутливой фразе о том, что «родина должна знать и помнить своих героев», не оказалось той доли правды, которая должна быть в каждой шутке. В Азербайджане решительно никому нет дела до того, кто и в чем был первым. А жаль. Несколько лет назад ушла из жизни Нулуфар Эфендиева. Тихо, незаметно, никем, кроме родных и близких, не помянутая…

Кадрия-Улькер ханум Салимова – доктор педагогических наук, профессор, член-корреспондент Российской академии образования, член Международного комитета по вопросам истории образования и педагогики, автор свыше 100 опубликованных научных работ, переведенных на многие языки мира, признанный авторитет в своей области, получившая заслуженное мировое признание… Список регалий и званий можно продолжить. Сама Кадрия ханум настроена более скептически.

– Ничего особенного я не делаю, – говорит она, – всю жизнь занимаюсь любимым делом, да еще и деньги за это получаю.

В 2003 году за огромный вклад в педагогическую науку, за подготовку и издание книг по истории мирового образования ей присудили премию президента Российской Федерации. Но нет в ней ни профессорского снобизма, ни академической напыщенной солидности. В ней чудесным образом сохранилась веселая, жизнерадостная студентка философского отделения истфака Азгосуниверситета из далекого послевоенного Баку, когда она умудрялась и отлично учиться, и подрабатывать на кафедре (время было трудное и голодное), и заниматься в летном клубе, и участвовать в спортивных состязаниях по гимнастике и волейболу, и уж, конечно, вечерами бегать на свидания, и до упаду танцевать на студенческих вечеринках.

Вот уже более полувека Кадрия ханум живет и работает в Москве, куда она в самом начале 50-х приехала поступать в аспирантуру. Здесь она защитила сперва кандидатскую, а потом и докторскую диссертации, здесь встретила свою большую настоящую любовь, став другом и женой любимого человека, здесь она познала радость материнства, радость творческих удач. Но она ни на миг не забывала о своих корнях, о своей родине.

– Я дочь двух родителей, – говорит Кадрия ханум, – Азербайджана и России. Оба мной любимы, и оба мне одинаково дороги. В сущности, я никогда не расстаюсь с Баку, даже когда подолгу не бываю на родине. И если меня нет в Баку, то Баку всегда во мне.

Как-то в начале 90-х годов на одной из международных конференций Кадрию ханум озарила мысль, казалось бы, лежащая на поверхности: почему бы ученым из разных стран не написать совместную книгу по истории педагогики. На ее призыв откликнулись многие специалисты из разных стран. Но осуществить задуманное оказалось не так-то просто, ведь необходимо было мобилизовать коллег из различных уголков мира на написание соответствующих статей, собрать их, провести научную подготовку и редактуру… И, наконец, проект требовал немалых финансовых вложений. В 1993 году в результате героических усилий Кадрии ханум увидела свет первая книга этой серии. Уже в самый день своего выхода книга стала библиографической редкостью и вместе со своим автором и создателем стала участницей многих и многих научных симпозиумов и конференций.

Еще больших затрат, душевных и физических, потребовало издание второй книги этой серии «Педагогика народов мира», значительно превосходящей первую и по объему, и по числу авторов. Когда Кадрия ханум поняла, что предварительного финансирования добиться не удастся, она в издание этой книги вложила свои деньги, всю свою зарплату за последние шесть лет. Вышедшая вначале на английском языке, книга в скором времени увидела свет на русском и китайском языках.

Кадрия ханум с теплотой вспоминает презентацию своей книги в Московском доме национальностей, организованную Обществом культуры «Оджаг», на которой она призналась, что такие встречи с читателями убеждают в том, что твой труд не был напрасным и не пропал втуне, а ведь это и есть то, ради чего стоит жить. Ее радости не было границ, когда она узнала, что ее земляки выкупили часть тиража этой книги для безвозмездной передачи в научные и университетские библиотеки, в том числе и на ее родине – Баку. Сама Кадрия ханум 150 экземпляров книги подарила ЮНЕСКО для раздачи в научные центры развивающихся стран Азии и Африки, за что была удостоена Диплома этой уважаемой международной организации.

Но разве может настоящий ученый, да еще с таким исследовательским темпераментом, как у Кадрии Салимовой, останавливаться на достигнутом? И началась долгая кропотливая работа над следующей книгой. На этот раз объектом ее научных изысканий стали проблемы воспитания и обучения подрастающего поколения в странах Востока. Кадрия ханум впервые в отечественной педагогической науке собрала воедино и систематизировала вопросы образования крупнейших цивилизаций азиатского региона. Примечательно, что выход книги «Педагогическое наследие Востока» совпал с 85-летием нашей выдающейся соотечественницы. На примере истории образовательных систем Китая, Японии, Индии, Ирана, Азербайджана, Турции, Саудовской Аравии и Сирии, взятых в контексте времени от древности до наших дней, Кадрия Салимова развенчивает миф о единственности и несомненном примате западных подходов в вопросах педагогики, показывает роль и огромное влияние восточных образовательных систем на мировую, в том числе на европейскую, педагогику. Не случайно в эпиграфе книги стоят слова французского социалиста начала ХХ века Жана Жореса: «Обращаясь к алтарю прошлого, берите из него не пепел, а огонь».

У великого французского писателя-экзистенциалиста Жан-Поля Сартра в его знаменитой античной драме «Мухи» есть замечательная мысль о том, что главный секрет царей и богов, который они тщательно скрывают от людей, это то, что люди свободны. Кадрия ханум Салимова раскрыла эту жгучую тайну богов и вместе со свободой обрела крылья и способность к полету. И вся ее жизнь – это красивый и гордый полет во имя счастья, добра и любви.