Март 09th, 2009 | 12:00 дп

Все смешалось в Капитолии

    1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
    Loading ... Loading ...

    Вопрос строительства ПРО в Европе – один из самых сложных в отношениях России и США. В Москве не раз заявляли, что появление этой системы у самых границ Российской Федерации угрожает национальной безопасности страны. Как могут развиваться отношения России и США при новой американской администрации – обсуждали на слушаниях в Конгрессе, информируют Вести.ru





    Слушания с непривычным названием «Укрепление российско-американских отношений» идут на повышенных тонах. Конгрессмены перебивают докладчиков, позволяют себе эмоциональные пассажи. Республиканец Дана Рорабахер, критикуя внешнеполитическую линию однопартийца Буша, призывает Обаму фундаментально перестроить отношения с Москвой: «Мы отвратительно относимся к России, мы трясем этой поправкой Джексона-Вэника над их головами, мы пытаемся их исключить с мировых рынков. Мы упускали столько возможностей последние 10 лет! Надеюсь, администрация Барака Обамы даст новый старт нашим отношениям».

    Что такое эффективное сотрудничество, попытался предположить конгрессмен Брэд Шерман. И пусть его реплика звучит в сослагательном наклонении – такой прямолинейный вопрос на Капитолийском холме звучит неожиданно: «Что мы можем предложить России? Если на столе переговоров будет предложение, что США не поддержат строительство газопроводов с Каспия в обход России, если мы не будем строить систему противоракетной обороны в Чехии, если мы признаем независимость Южной Осетии и Абхазии, если мы предложим все то, что мы никогда не решимся предложить, сможем ли мы заручиться поддержкой России по иранскому вопросу?»

    Докладчиков такой вопрос застает врасплох, в зале минуту-две царит замешательство. Профессор Легволд переключает внимание, перечисляя те шаги, с которых должна начать диалог новая администрация Обамы: «Первое – это отменить поправку Джексона-Вэника. Это надо сделать быстро, не торгуясь. Второе: давайте сделаем все возможное, чтобы Россия вошла в ВТО».

    Набор самых чувствительных вопросов – как вести диалог с Тегераном, строить ли систему ПРО, продолжать ли Вашингтону военное сотрудничество с Тбилиси – конгрессмены адресовали даже не докладчикам, а друг другу. Позиция по этим направлениям едва ли формируется в неправительственных организациях или так называемых мозговых центрах.

    «Мы продолжаем относиться к России, как к врагу, мы это демонстрируем, расширяя НАТО на восток. Это зачем? Разве холодная война не закончилась? Зачем нам НАТО расширять?» – говорит Дана Рорабахер.

    Проект установки компонентов противоракетной обороны в Восточной Европе – в стадии активного обсуждения за кулисами и в Пентагоне, и в Белом доме, и на Капитолийском холме. Каким может быть подход администрации Обамы к этому вопросу, в комитете по международным делам пытались предположить.

    Слушания в комитете не предполагали ни голосования, ни работы над совместным заявлением. Это срез мнений, который Конгресс после промежуточных выборов демонстрирует впервые.

    Смена интонации и предмета дискуссии на Капитолийском холме дает понять, что сезон выборов заставил пересмотреть стереотипы и клише, что господствовали в Вашингтоне последние 8 лет. Жесткая антироссийская риторика, к которой так часто прибегал кандидат в президенты республиканец Джон Маккейн, если и приносила политические очки в дни президентской гонки, то совсем ничтожные – выборы он проиграл. Может, поэтому новые хозяева Капитолия и Белого дома так осторожно выбирают выражения, рассуждая о будущих отношениях Москвы и Вашингтона.