Апрель 12th, 2009 | 12:00 дп

Водичка с неба

    1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
    Loading ... Loading ...

    «Москва окажется в тыловой части циклона и под непосредственным влиянием вторичных холодных фронтов. Ожидается облачная с прояснениями погода. Местами пройдут небольшие осадки – в первой половине дня», – сообщают Метеоновости. Корреспондент Павел Орлов решил выяснить, насколько непредсказуемы для человека московские осадки. Весна, похоже, выпадет дождливой, но люди не отчаиваются. Ходят без зонтов, а некоторые от радости даже подпрыгивают, как дети малые. Напрасно они так: дождички в Москве небезопасные, и виноваты в этом в первую очередь наши с вами транспортные средства.





    Да, конечно, еще лет сто назад во время дождя с неба падала чистейшая, даже волшебная вода. Народ собирал ее, полоскал в ней головы, стирал носильные вещи, купал младенцев и чай заваривал – на вкус, дескать, от обычного отличается в лучшую сторону. Сегодня вряд ли кто додумается заваривать чай в московской дождевой воде, цемент ею какой-нибудь или известь развести – это еще куда ни шло.

    Дело в том, что вода – самый лучший в мире растворитель. Летят капли от тучи до земли и поглощают находящиеся в воздухе посторонние газы и взвешенные вещества. Это явление, как рассказал ведущий инженер Московского центра гидрометеорологии и мониторинга окружающей среды (МосЦГМС) Петр Викторович Пыплин, называется «подоблачным вымыванием». Согласно исследованиям Института экологии города, в атмосферу столицы ежегодно попадает около 1 млн тонн вредных веществ. 83% всех выбросов в атмосферу производит автотранспорт, 11% – ТЭЦ и еще 6% – промышленные предприятия. Но важно даже не то, кто выбрасывает в воздух все эти вредные вещества, а что дождевые капли растворяют их в себе, а потом падают на наши непокрытые головы.

    Самыми вредными и объемными компонентами выбросов в атмосферу Санэпиднадзор считает диоксид азота (0,05 мг на 1 куб. м воздуха), оксид углерода (2,78), суммарные углеводороды (1,6), формальдегид (0,014), фенол (0,0053), бензол (0,056), взвешенные вещества, то есть пыль (0,31) и диоксид серы (0,041) – указаны среднегодовые концентрации веществ. Из них только фенол, бензол да формальдегид не вступают в соединения с водой. Остальные вещества, не успев долететь до земли, превращаются в азотную кислоту (диоксид азота), угольную кислоту, серную кислоту и другие неприятные соединения.

    Примитивный подсчет показывает, что за одну минуту на один квадратный метр московских просторов вместе с дождем выпадает 0,019 г вредных веществ. Вроде бы не так уж и много, но дело в том, что усреднение – вещь лукавая. Все в жизни происходит не в среднем, а по-разному. По словам Петра Пыплина, основное количество растворов и аэрозолей выпадает в первые 5–10 минут дождя (в это время надо обязательно прятаться), после чего осадки становятся более или менее чистыми. К тому же воздух в Москве загрязнен неравномерно, значит, и дождь везде разный.

    Скажем, в Крылатском и Строгине (районы с самым чистым в столице воздухом) почти нет промышленных предприятий. К тому же именно с этой стороны к нам в Москву приходят основные воздушные массы – «западный перенос» называется. Там и под дождем поскакать не грех, а может, и чай заварить, как в старину. А вот вдоль крупных автомагистралей (особенно Каширское, Варшавское и Ярославское шоссе) концентрация диоксида азота может составлять 20, а то и 30 предельно допустимых концентраций. В таких местах дождь, впитавший в себя газы, будет не чем иным, как слабым раствором азотной и серной кислоты – хотя, признаться, не таким уж и слабым. Конечно, если у вас есть деньги на пересадку волос, то ходите под таким дождем и радуйтесь. Но я вас предупредил.

    Кроме подоблачных вымываний бывают внутриоблачные – те, которые туча принесла с собой издалека. Они совершенно непредсказуемы. К примеру, несанкционированный выброс делают предприятия в Польше, а кислотные дожди выпадают на Валдае. С какой начинкой приплывают в Москву тучи – никому неизвестно, да и что внутри Москвы делается, тоже доподлинно неясно. Людмила Павловна Чиркова, начальник отдела мониторинга атмосферы МосЦГМС, говорит, что мониторинг химии осадков не ведется, поэтому говорить о каких-то закономерностях – ненаучно.

    – Ну а все-таки голову вымыть или чай заварить в московской дождевой воде можно? – спросил я Людмилу Павловну.

    – А вы попробуйте, – ласково улыбнулась мне Людмила Павловна.

    Я не стал. И вам не советую.